Как оказалось, его поселили рядом со мной.
Деактивировав «Ловец Снов», я вышел на балкон. Облокотился на парапет и бросил взгляд вниз на мерцающую сферу Альмагеста.
— Мои поздравления, Эо О’Вайоми, — произнес фараон.
— Поздравления с чем?
— Как правило, усиление «террора среды» и усложнение условий жизни чревато отказом от воплощения любых позитивных изменений. В результате чего большинство людей относятся к категории неудачников, но никак не победителей. Вы и ваши люди — исключение, — ответил он. — Можете считать мои слова комплиментом.
— Благодарю.
— В общении я люблю прямолинейность и честность, — продолжил мертвец. — Поэтому советую вам хорошенько подумать, прежде чем задать интересующий вас вопрос.
Я выдержал длинную паузу. Пошевелил извилинами и наконец произнес:
— Вы нас поддержите? В конфликте с Небесным Доминионом?
— Поддержим, — кивнул Кайн. — Сразу же, как только вы, господин Эо, сможете доходчиво объяснить мне зачем.
— А разве это не очевидно?
— Для меня — нет, — глава Галереи Павших медленно развернулся и направился в свою комнату. — Не отвечайте сейчас. Лучше сделаете это после того, как пройдете испытание Диедарниса. Разумеется, если останетесь в живых.
В ту же минуту ко мне в комнату вошли Адель и Лина. Заперли двери и, не успел я среагировать, сбросили с себя вечерние платья. Так, что из одежды на них оставались лишь прическа и туфли.
— Девчонки, вы чего?
— Хватит, Эо, — строго произнесла блондинка. — Сегодня ты наш кавалер, а не босс. А потому иди-ка ты к черту со своими дресс-кодами!
— И лучше задумайся на тему того, что означает двойная ответственность, — шагнула в мою сторону Лина.
Оставшиеся часы перед спуском пролетели для меня незаметно. Стали не просто восхитительным приключением, но и своего рода лекарством. Чертовски приятным сеансом психотерапии и незабываемым эпизодом моей биографии, чьи плюсы многократно перевесили любые минусы. Да еще и избавили меня от всяческих тревог и переживаний. В частости тех, что касались планов Доминиона и введенных Системой ограничений.
Следом прозвучал первый гонг, и мы поняли, что пора отправляться. Вновь собрались всей ублюдской компанией и, спустившись по длинной винтовой лестнице, вошли в зал. Туда, где были установлены ведущие сквозь грузовой портал монорельсы с пузатыми барокамерами.
В них мы провели около получаса, адаптируя организмы к давлению, после чего инженеры Аполло телепортировали нас прямо на дно.
Туда же они отправили Альмагест.
«Панк» не хотел, чтобы какой-нибудь шальной кол расколол купол или повредил шлюзовой отсек. А потому старался проявлять максимальную осторожность.
В то же время я заметил, как его поведение начало стремительно меняться. И если на поверхности он корчил из себя манерного аристократа, то теперь стал похож на отъявленного искателя приключений. Каноничного дворфа, которому не терпелось сбросить с себя маску политика и ринуться в бой. Крушить черепушки направо и налево, устилая полы коридоров горами трупов.
— Господа, позвольте зажечь свет поярче.
Аполло подошел к терминалу и нажал пару кнопок. В ту же секунду непроглядная чернота океана озарилась десятком прожекторов, и мы увидели его. Притаившегося во тьме зловещего мегалодона, слегка приоткрывшего монструозную пасть и как бы приглашающего нас войти внутрь. Протиснуться сквозь протянутую дворфом «кишку» и добраться до тускло мерцающего входа вблизи его жабр.
— Матерь божья… Ну и жуть… — поежился танк. Причем сказал он это не столько про Диедарниса, сколько про узкий и длинный проход, скрипящий и сдавливаемый чудовищным по силе давлением.
— Ты справишься, Гер, — шепнул другу я. — Всего-то необходимо проползти сотню метров.
— Угу… всего-то…
Несмотря на все наши злоключения, Герман по-прежнему боялся тесных помещений. Подошел к двери переборки и, пропустив Зиара вперед, шагнул внутрь.
Мы отправились следом. Преодолели три четверти пути и приблизились вплотную ко входу, чувствуя, как с каждой секундой внутреннее напряжение стремительно нарастает. Очень скоро мы окажемся за пределами влияния Альмагеста, и вот тогда начнется поистине кровавое веселье.
Главное — не забыть про кулон, который когда-то давно передал мне Нимус, помощник прежнего Инквизитора. Обычную с виду деревянную побрякушку, которая поможет нивелировать его проклятые способности. Уж в том, что Малькольм окажется одним из первых, кто на нас нападет, я не сомневался. Мы лишили его всего, и, пожалуй, он как никто другой хотел взять реванш. Принести каждому из нас только боли, сколько способно выдержать искалеченное пытками тело.