Бум!
Ниспадающая вниз каменная крошка и взвившиеся облака густой пыли от материализованного мною моста.
Хотя на самом деле это был никакой и не мост, а сгенерированная Стихиалиевым Кубом железобетонная перемычка. Вчера вечером я использовал такие при строительстве зданий. Как, впрочем, и другие детали. Скрупулёзно собирал дом за домом, словно игрался в конструктор.
— Продолжим, — Глас перешел на другую сторону и приоткрыл следующую дверь. — О! А вот это интересно! Если я не ошибаюсь, что в целом маловероятно, то здесь у нас расположен длинный коридор с нажимными пластинами и высасывающим здоровье «Вампирическим туманом». Начнем с последнего, — Эстир посмотрел на меня. — Господин Эо, снова обращаюсь к вам. Не могли бы вы воспользоваться «Аэрацией» и отправить весь этот газ в ту трубу? После чего прогнать его прямо и налево. До упора.
— И куда он попадет?
— Бабуля говорит, что в туалет Небесного Доминиона. На цокольном этаже.
— Тогда с удовольствием.
Я сосредоточился и применил заклинание. Начал собирать туман по всей комнате и постепенно стравливать его в медное горлышко. При этом не смог удержать в себе злорадной улыбки. Десятки кубометров отравы, что попадут в вентиляцию и застанут наших врагов на толчке. Прекрасно. Как говорится: «Скатертью-скатертью хлорциан стелется и забирается под противогаз».
Пара минут — и интерфейс NS-Eye освещает яркая вспышка!
Вы получили 406-й уровень !
…
Вы получили 407-й уровень !
…
Вы получили 408-й уровень !
— Ого! Аж три уровня получил! — обрадовался я.
— А ты думал. Ведь именно с этого и начинается рабочий день. Пришел в штаб-квартиру, выпил чашечку кофе — и понеслась. Даже напрягаться не надо. Считай, застали их в нужное время в нужном месте, — подмигнул мне шаман. — Молодец, господин стихиалий. Хвалю, горжусь и спешу разобраться со второй проблемой. Нажимными плитами, коих тут сотни, — Глас поднял зеркальце и снова улыбнулся собственному отражению. — Колоссальный геморрой, друзья. Всего один неверный шаг — и мы трупы. Лезвия, шипы, выстреливающие из пола острые пики и ниспадающие с потолка стальные копья. Вот только… хотите прикол? Их спусковые триггеры не работают! Сломались лет десять назад из-за бракованных деталей. По идее, надо было вызвать бригаду строителей и всё починить, однако святые отцы оказались слишком ленивы. Решили, что и так сойдет. Впрочем, тем лучше для нас.
Эстир смело двинулся вперед. К следующей комнате.
Как он и предсказывал, ни одна из ловушек не сработала.
Что-то внутри них скрежетало, скрипело, издавало жалобные стоны, но так и не выстрелило.
— Так. Тут у нас гипнотизирующие картины, поэтому глазки закрыли и идем дальше. А то если взглянем, то будем стоять и смотреть на них вплоть до второго пришествия. Ну или пока не помрем.
Глас быстренько пробежался до следующей двери. Мы поспевали следом.
— А вот тут у нас большой зал с леденящими душу ужасными монстрами. Дуллаханы, вендиго, йорогумо в виде женщин-пауков и до боли знакомый всем цербер. Мсье, моё почтение.
Шаман переступил через порог и посмотрел на грозно ощетинившегося трехголового пса. Здоровенные клыки, каждый размером с ладонь, мощный торс и бугрящиеся мышцы, плавно перекатывающиеся под лоснящейся шкурой. Здоровая скотина. Размером с небольшой грузовик, не меньше.
— Да. Опасные твари. Но как вы знаете, внешность бывает обманчива. Эти ребята добрые, если их не трогать. И к тому же ненастоящие. Спокойно, мои иллюзорные пупсики, дядя Эстир вас не обидит.
Присвистывая, Глас прогулялся до центра комнаты, после чего остановился напротив постамента с серебряной чашей.
Удивительно, но чудища действительно на него не напали. Как и на нас. Стояли и хищно скалились, но в бой не вступали.
Видимо они набрасываются только в том случае, если их атакуют.
— Понимаю, держать живых монстров накладно. Однако чисто ради приличия могли бы и потратиться. На ветеринаров, комбикорма и прививки. Как-никак у вас третий по величине клан Элирма, а не шарашкина контора… — друг выдержал минутную паузу. — Кстати, если после боя с дуллаханами вы устали и мучаетесь от жажды, то специально на этот случай предусмотрен питьевой фонтанчик с ядом. Пробовать не рекомендую. Разумеется, вы можете меня не послушать и после воскрешения писать многочисленные жалобы в санитарно-эпидемиологические службы Затолиса, однако их ответ заранее известен: администрация ответственности не несет. Также у нас имеются два ответвления. Войдете в дверь слева и увидите окровавленный алтарь, на котором плачет младенец. Если взять его на руки, то первые секунд двадцать он улыбается и смеется, а затем превращается в комок разъяренной мутантской плоти. С клыками, когтями, и всё такое. Войдете в дверь справа — попадете в длинный коридор. Тот, в свою очередь, оканчивается мостом через глубокую пропасть, в центре которого возвышается статуя Анубиса. «Только тот, чье сердце настолько чисто, что весит меньше пера, может перейти на ту сторону. Покажи мне свою грудь, чтобы я мог судить» — скажет он. Любопытно, но, по сути, подлый обман. Ибо результат всегда одинаков — смерть. Что бы вы ни делали, статуя обязательно вас столкнет, после чего вы рухнете в озеро к некро-крокодилам. Н-да… — Эстир облокотился на постамент, замерев в позе мыслителя. — С таким подходом можно было бы и вовсе обойтись без моста. Тупо написать, мол, «ступивший в бездну познает собственную ценность», а затем смотреть, как незадачливые грабители сами прыгают вниз, — Глас покосился на своё отражение в зеркале. — Для тех, кто не понял: это была отсылка на Индиану Джонса. Прыжок с львиной головы… Блин, да и как вообще связаны Святой Трибун и Анубис? Это же совсем из другой оперы.