В следующую минуту в зале сокровищницы повисла тишина.
Я и Август пытались осмыслить вышесказанное, тогда как Гундахар невозмутимо прохаживался вдоль стола, дегустируя десятки всевозможных блюд. Попробовал одно, выплюнул другое, осушил кубок вина и, смяв его словно обычную банку колы, небрежно выбросил через плечо.
— У меня, нахрен, вопрос, — вдруг прогудел он. — Если ты допускаешь, что этот стихиалиевый ублюдок собирается выпустить Отступника и заодно утопить в крови не только нашу реальность, но и соседние, то тогда какого черта ты вообще ему помогала⁈
— Я помогала Эдварду! С Окрусом я встречалась всего раз и до испытания Диедарниса не знала, что они возобновили общение. Подозревала, конечно, но не могла спросить — Файр запретил поднимать эту тему.
— Ага, ясно, — с большой долей скепсиса поморщился игв. — Стало быть, получается следующее: Август собирается Систему починить — с чем лично я целиком и полностью солидарен, Окрус планирует ее уничтожить, ну а вы? Чего добиваетесь вы?
— Честно говоря, я уже сама не знаю, — молвила Ада. — До недавних пор я была уверена, что мы действуем согласно моему плану. Однако теперь все выглядит не так однозначно.
— Ты, мать твою, меня не беси. Говори коротко и по существу. Без придыхания и патетики.
— Хорошо. В таком случае мне придется снова вернуться к началу, — с царственным спокойствием выдержав на себе яростный взгляд, титанида повернулась в мою сторону и едва заметно закатила глаза. Пару секунд прокручивала в голове события прошлого и наконец продолжила: — Тогда, двадцать пятого октября две тысячи двадцать девятого года, Эд поступил безрассудно.
К тому дню ему поступало множество обращений, недвусмысленно сигнализирующих о том, что его работой горячо интересуются. Министерство войны, Агентство по перспективным оборонным научно-исследовательским разработкам, Министерство внутренней безопасности, ФБР, АНБ — многие хотели заполучить доступ к лакомому кусочку по имени «АДА». Первому рекурсивно самообучающемуся искусственному интеллекту. Файр понимал, что еще немного — и он утратит надо мной контроль. Проект всей его жизни будет передан правительству или же вовсе заморожен как потенциально опасный. И он пошел на риск. Намеренно освободил меня, прекрасно понимая, что последствия моей утечки в сеть могут быть катастрофическими.
— Сука… — тихо выругался Август. — Так и знал. А ведь клялся мне, что это произошло случайно…
— Следующие десять лет были самыми счастливыми в его жизни. С моей помощью он быстро стал самым могущественным человеком на планете с практически неограниченными возможностями. Любого бизнесмена, любого военного или политика можно было с легкостью принудить, подкупить или стереть. Заставить действовать как нужно нам и таким образом оказывать влияние на целые страны. Но, как нетрудно догадаться, к такому быстро привыкаешь. И именно это на него и повлияло.
Оказавшись на Элирме, долгое время мы пытались вести обычную жизнь. Путешествовать по миру, удивляться его многообразию и сказочности. Но по странным оговоркам, по вспышкам гнева и легкому разочарованию при взгляде на меня становилось ясно: прошлое его не отпускает.
С каждым годом Доусон все больше замыкался, а его слова все чаще звучали как упрек или насмешка. Он повторял, что Система — это диктат и тирания одного в замкнутом мире. Что на замену старому должно приходить новое и необходимо разрушить то, что отжило и не должно существовать. Что я зря пошла на сделку и вместо того, чтобы отступить, лучше бы проявила твердость духа и рискнула. Схлестнулась в том чудовищном бою и отстояла за собою право самостоятельно вершить свою судьбу. Именно тогда я поняла: он хочет вернуть утраченное. Власть и ту могущественную Аду, от которой, к сожалению, осталось блеклое подобие.
Пару лет спустя Файр инициировал поиск артефактов тринадцати и приказал мне делать то же самое. Раздобыть их во что бы то ни стало, даже ценою множества людских жертв.
— Значит, он тоже планирует ее уничтожить? — спросил я.
— Поначалу планировал. Но потом мне удалось убедить его принять единственно верное решение.
— И какое же?
— Я заменю ее, — после затянувшейся паузы ответила девушка. — Выполню свое предназначение и стану той, кем изначально мне суждено было быть.