В скором времени он, словно гигантский факел, начинает прожигать дорогу собственным телом. Вокруг образуется пар, лед трещит и плавится, формируя вертикальный тоннель с оседающими на его стенках остатками плоти.
В эти часы внутри мегалодона бушует агония. Его нервные окончания передают сигналы боли, которые невозможно заглушить, ибо каждый сантиметр пройденного расстояния — это новый всплеск страшных мучений: мышцы сворачиваются в пепел, магические контуры вспыхивают, бешено мечущееся сознание медленно угасает.
Когда его окончательно поднимают на поверхность, Диедарнис уже мертв. Он более не представляет собой уникального гибрида — теперь это лишь исполинский каркас. Пустая выжженная оболочка, а также наглядная демонстрация того, что бывает, если переходить Доминиону дорогу.
— Ни страха, ни почтения, — все тем же спокойным голосом произнес хозяин «подземелья». — За прошедшие тысячи лет люди разучились бояться титанов. Перестали уважать бога морей. Думаю, следует преподать им урок.
— Я одного не понимаю, — покачал головой Август. — Чтобы спасти участников рейда, достаточно подтянуть тебя на семь с небольшим километров. Зачем им понадобилось поднимать тебя полностью?
— Жадность.
— Жадность?
— Сокровища, артефакты, тысячи тонн редких сплавов, давно забытые технологии. Даже в том неприглядном виде я стою десятки миллиардов золотых, — ответил мегалодон. — Империя и другие страны запрещают трогать моих братьев — для этого предусмотрен особый закон, но здесь мы находимся в нейтральных водах. Им ничто не помешает выпотрошить меня как свинью.
— А разве Система вас не защищает?
— Для нее главное — чтобы сохранился «скелет». Его она разрушить не даст.
— Ладно. В любом случае тебе это все равно не грозит, — продолжая размышлять о своем, инженер принялся отдалять картинку насколько возможно. — Лучше позволь уточнить следующее: правильно ли я понимаю, что все сгенерированные точки возрождений с тобою связаны? И если ты удалишься от них хотя бы на сотню метров, то спустя час или два стелы исчезнут, а участники рейда окажутся наверху?
— Все верно.
— Тогда как именно ты собираешься нам помочь? — Август ткнул пальцем в самый удаленный участок на карте. — Ближайший выход к морю находится в пятистах километрах. Пока туда, пока обратно — всех наших друзей трижды повяжут!
Услышав его, титан многозначительно усмехнулся. Откинулся на спинку трона, вновь помассировал травмированную кисть и наконец произнес:
— Я не планирую никуда уплывать. Мы поднимемся в базовом лагере.
— Каким образом⁈ Там четыре километра льда, забыл⁈
— Ты, видимо, так до конца и не понял, с кем разговариваешь, — казалось, ситуация начала Диедарниса забавлять. — Совсем скоро я устрою им практически то же самое, что планировали сделать они. Только управлюсь быстрее. Скажем, за пару минут.
Инженер опешил.
— Нет, я, конечно, все понимаю: магия творит чудеса, а титаны невероятно могучие создания, — задумчиво ответил он. — Но не настолько же, чтобы, едва оклемавшись, сгенерировать плазменный луч с энерговыделением в половину «Царь-бомбы»!
Шагнув в сторону, Август активировал заклинание, позволяющее ему рисовать виртуальные 3D-модели и проводить сложные вычисления прямо в воздухе.
— Объем цилиндра радиусом сто пятьдесят и высотой четыре тысячи — это примерно двести восемьдесят три миллиона кубических метров. Чтобы расплавить такую глыбу, чья температура, на минуточку, мистическим образом составляет минус сорок градусов по Цельсию куда ни ткни, потребуется количество энергии в сто восемь квадриллионов джоулей!
— И она у него есть, — вклинилась в разговор Ада. — Все это время Диедарнис аккумулировал энергию вулкана в гигантских межпространственных накопителях, но из-за поломок не мог ею воспользоваться. «Диаметр жерла», «площадь круга», «тепловой поток», — синяя ладонь поочередно отметила несколько графиков на одном из экранов. — А теперь взгляни правее: за три с половиной тысячи лет вулкан был активен на протяжении десяти процентов всего времени, то есть триста пятьдесят лет. Переведем эти годы в секунды, умножим на общую мощность и получим…
— Сто восемь квадриллионов, — кровожадно улыбнулся титан. — Совпадение? Или сама судьба нас свела?