— Спасибо.
— Нет проблем, — танк пару раз тряхнул кистью. Сломать не сломал, но отдачей отсушило знатно. — Черт! Где Глас⁈
— Я здесь, мой хороший. Как раз наклонился подобрать чей-то лут.
— Слава богу. В таком случае держись позади меня и старайся не потеряться.
— Поверь, мой большой накачанный друг, пока это безобразие не кончится, я буду таскаться за тобой словно рыба-прилипала.
— Хорошо. Влад?
— Да, все нормально, — ответил я, вновь устремляясь в атаку.
Бой продолжался.
Метр за метром, льдина за льдиной, мы продвигались вперед, медленно, но верно подбираясь к южной окраине гигантской дыры.
Было тяжело, скрывать не буду. Но, по крайней мере в данную минуту, ситуация складывалась достаточно позитивная — мы уверенно теснили врагов, отбрасывая их все дальше и дальше. Хотя и интенсивность схватки с каждым разом значительно возрастала.
Инвольтационные испарения, энергия взрывов, пламя, молнии, атакующие лучи света, огненные элементали и тонны адреналина, включая тысячи разгоряченных тел — атмосфера вокруг прогрелась настолько, что холод больше не чувствовался. Лед стал влажным и скольким. Под ногами подобно полчищу миниатюрных змеек начали извиваться ручейки воды.
В целом, обычная смена агрегатного состояния, ничего особенно, но до чего же сладко оно усилило мои молнии. Металлические шипы на подошвах, окованные сталью каблуки и носки — м-м-м, красота. Наверное, Вселенная меня за это накажет, но я испытывал поистине темное удовлетворение, когда видел, как врагов прожаривает до сухого хруста.
Отдельное спасибо Аде за руну Точности, снизившую вероятность случайного поражения союзников.
А в остальном, то, пожалуй, все происходящее можно было описать одним словом — рутина. Болезненная, обжигающая, овевающая удушливой смесью гари и крови.
В конечном итоге я вконец потерял счет тому, сколько раз применил то или иное заклинание. «Лезвия Ветра», «Телекинетический Взрыв», «Гравитационная Аномалия», «Искажение», «Удушение», «Целительный Разряд» и даже «Ободрение» со «Ступенями Ветра» и «Искрами Уязвимости» — все это я использовал множество раз. И продолжал это делать, параллельно изучая главный свой козырь в будущем поединке с профессором — «Крепость Разума».
Это была поистине уникальная способность. Во многом благодаря тому, что с ее помощью я буквально физически ощущал направленное против меня ментальное воздействие. Чувствовал его, мгновенно распознавал его источник, идентифицируя в толпе мрачные лица, и при желании мог контратаковать. Если провести грубую аналогию, то в некоторой степени это было сродни армрестлингу, где исход схватки решали не мускулы, а воля и разум.
Несколько раз я побеждал и, перехватывая контроль, заставлял противников бить по своим. Но затем быстро понял, что закрываться и блокировать проще — мозг уставал. Двух-трех наказать еще можно, но после двадцати-тридцати даже величайший мудрец будет чувствовать себя изнасилованным. А мне силы нужны.
Да и лишнее это.
Подобные дуэли следует приберечь для по-настоящему серьезных противников. Тогда как для ребят попроще есть «Пронзание Разума». Великолепное блюдо, чей изысканный вкус я не сразу распробовал. А когда разобрался, что к чему — начал пользоваться едва ли не повсеместно.
Почему? Да потому что я теперь джедай, мать вашу.
Вот вражеский воин замахивается двуручным мечом, планирует нанести сокрушительный удар и уже начинает движение — как неожиданно его мозг пробивает невидимый импульс, а в голове звучит простой приказ: «Брось!»
И он бросает.
Спустя пару секунд, он попытается наклониться и подобрать оружие, но это неважно — его бой окончен. Замешательство оказалось непозволительно долгим, «Призрачная Гильотина» уже на подходе.
Неплохо. Реально неплохо.
Особенно если учесть, что вариантов подгадить было в избытке: «Сядь», «Обернись», «Наклонись», «Оступись». В пылу сражения, где подохнуть можно было буквально от чего угодно, подобные выкрутасы работали на ура, но не в этом суть. Главная фишка заключалась в том, что данная способность накладывала эффект резонанса — ментальную уязвимость, делающую цель более восприимчивой к повторному воздействию. И таким образом становилась инструментом, с помощью которого можно было зайти еще дальше. К примеру, повторить «Пронзание», однако на этот раз инспирировать действие или мысль посложнее.
«Твой сосед стучит на тебя руководству. Именно поэтому тебя и не повышают. Думаю, вряд ли кто-то заметит, если ты вонзишь кинжал ему в печень», — очередной эксперимент. Просто ткнул пальцем в небо, и, к удивлению, это сработало. Правда, теперь мне стало стыдно: то с какой обидой первый посмотрел на второго — это надо было видеть.