Как бы то ни было, поживем — увидим. Если вообще выберемся отсюда. Ибо с каждой минутой сражение не то чтобы не утихало, а наоборот — лишь усиливалось, местами приобретая непредсказуемые повороты.
В частности, спустя пару минут после красочного представления с «диско-шаром» мы снова едва не подохли — угодили под гигантский раскол, отделивший нашу группу от основного войска линией наискосок. Так, что ситуация стала резко критической, а соотношение сил сменилось на девять к одному.
Казалось, на этом наша эпопея и закончится, как вдруг пришла помощь откуда не ждали — из плотной завесы дыма правее появился Ар-Хакон и его болотные орки. Они напали на врагов сбоку и достаточно быстро порубили их в мелкий фарш. А я, в свою очередь, задумался, что, быть может, не зря потратил на их вождя «Дыхание Серафима».
Помню, тогда, склонившись над его бездыханным телом в «Акульих Жабрах», я буквально сердцем чувствовал, что он еще сыграет в моей жизни важную роль. Затем долгое время я был уверен, что совершил ошибку. Израсходовал способность на первого встречного, во что Окрус не преминул ткнуть меня носом. Но теперь… кто его знает? Возможно, прямо сейчас Ар-Хакон предотвратил наше обнуление. За что, естественно, ему большое спасибо.
К слову, чем сильнее кольцо Вергилия и Нулевого Меридиана сжималось, тем чаще начинали попадаться мне на глаза знакомые лица.
Ублюдок Джек, его помощник человек-тюлень Меритуул. Затем Мидуна — глава Анкалимэ. Практически обнуленный минотавр Астерий. Баюшми и Кана, спустя мгновение перекрытые дымящейся башкой Локо. Получив краткую передышку, потомок ифрита снова едва не потух, но Гундахар вовремя отвесил ему унизительный поджопник. Так сказать, подкинул дров.
Тогда же я заметил странную парочку, значащуюся в нашем списке как потенциальные союзники — Риона и Лойнис из Стального Центавра. Сводные брат с сестрой и, по некоторым неподтвержденным слухам, любовники, в эту самую минуту сражающиеся против группы орков из Крестов и Плетей.
Любопытно. Либо они что-то не поделили и это непреднамеренная стычка, либо Стальной Центавр выбрал сторону.
А дрались красиво. Высокий голубоглазый брюнет в обтекаемом черном доспехе, прикрывающий башенным щитом хрупкую красноволосую девушку, которой от силы можно было дать лет восемнадцать.
Уверен, при взгляде со стороны многие бы подумали, что ей не место посреди поля битвы, но видимость обманчива. В их тандеме именно Лойнис была ударной силой, специализируясь, прежде всего, на магии крови.
Ограждаемая братом, она «высасывала» трупы, создавала гомункулов, колдовала «Печать Жертвоприношения» и «Вампирический Взрыв». Без сомнения, ее способности наносили врагам колоссальный урон. Но также они били и по ней, вынуждая с пугающей периодичностью «восполнять потери».
Я уже был достаточно близко, когда Рион рассек себе руку и подставил сестре, позволяя вдоволь напиться. Смотрел на нее с обожанием, притом, что внешность девушки не была примечательной — абсолютно плоская спереди и сзади, без ярко выраженной талии и ростом под метр шестьдесят. Бледная кожа, болезненный вид, глаза, полные фанатичного безумия — лично мне она не нравилась от слова совсем. Ни по типажу, ни по внутренним ощущениям. Но это не важно. Благодаря испытанию я и так уже знал, что практически все участники рейда редкостные твари.
— Приветствую, Эо О'Вайоми, — повернув голову в мою сторону, глава Стального Центавра коротко кивнул. — Диедарнис сказал, что именно вы нас спасли. Мы этого не забудем.
Вновь сконцентрировавшись на бое, Рион ударил щитом по земле, и вперед сорвались его сотни темных проекций. Целый «товарный поезд» из десятков щитов, пробивающий в рядах противников длинную брешь.
Эффектно. Нечто похожее на «Таран» Германа, вполне вероятно, даже его копия, но улучшенная совсем иначе. Меня — восхитило. Танка — неприятно укололо, будто бы кто-то сплагиатил его коронный прием. Отчего, оценив масштаб разрушений, друг лишь презрительно фыркнул и с грозным видом закинул в рот «конфетку для мозгов».
Помнится, Гундахар велел ему жрать их днями и ночами, что, собственно, тот и делал. Повысил интеллект на четырнадцать единиц и останавливаться на достигнутом не планировал.
— Все, Лойнис. Уходим.
— Помочь не желаете? — уточнил я.
— Подобные решения не стоит принимать сгоряча. Позже поговорим.