Разумеется, даже прокачав его на максимум, я не получу второго «золотого костыля» в виде абсолютной защиты от всех типов урона. Но зато этот щит будет действовать постоянно и станет достаточно мощным, чтобы длительное время сдерживать натиск. Не уйдет на перезарядку после шального осколка и позволит весьма ощутимо разгрузить ячейки для заклинаний — магическую татуировку на шее, куда я мог заранее загрузить пять способностей.
Ну а касаемо всего остального, то, несомненно, полученные усиления перевели меня в категорию существ высшей лиги. Чего только стоят бонусы сета Вайоми, небывалые сто семь единиц мудрости, «Арканум Мысли» и столь долгожданные руны улучшения легендарных способностей. Как, впрочем, и уникальный титул «Покоритель Пределов», вынудивший меня с удивлением заглянуть в календарь: когда я очнулся на борту «России-17», на дворе стояло пятнадцатое мая две тысячи шестьсот одиннадцатого года. Сейчас — восемнадцатое августа. Получается, всего три с лишним месяца и феноменальный результат, для достижения которого у большинства жителей Элирма могли уйти сотни лет. А в некоторых случаях и целая жизнь.
Безусловно, вполне весомый повод для гордости. И, пожалуй, как только у меня появится свободная минута, я повторно пробегусь по всем логам и тщательно изучу каждое сообщение, но не сейчас. Сейчас все мое внимание было приковано к друзьям и в особенности к Гундахару, потому как при взгляде на него даже невооруженному глазу было понятно: старый игв явно нервничал. Сосредоточенно прохаживался вдоль богато сервированного стола и буквально до хруста сжимал в ладони «Домашний Очаг».
Около минуты назад, не получив ответа от Тэи, генерал всерьез размышлял о том, чтобы плюнуть на все и вернуться в Эанну. Он даже попробовал использовать магический камень, но не судьба — едва упоминание об успешном завершении испытания просочилось в Залы Славы Элирма, офицеры Доминиона тотчас же заблокировали любые пространственные перемещения в радиусе пятнадцати километров. Тупо похоронили нас заживо и тем самым не оставили иного выбора.
Единственным способом оказаться на поверхности было деактивировать точки возрождения снаружи. После чего умереть и воскреснуть в базовом лагере наравне с остальными. По крайней мере, именно на это они и рассчитывали, так как не знали, что прямо сейчас Диедарнис ежеминутно наращивал свою мощь, погружая в реактор все новые топливные стержни. Калибровал системы стабилизации, выравнивал давление, но пока не продувал цистерны с балластной водой. Оставался неподвижным словно притаившийся на дне грозный хищник.
— Боюсь, ее никто не видел, — произнес Август, продолжая прерванный разговор. — Селена и Мистер О уже приступили к поискам, но потребуется время. Как много — не знаю. В городе неспокойно.
— Проклятье… — прошептал Гундахар.
Мрачно нахмурившись, он направился в сторону выхода, однако на середине пути резко остановился — получил письмо от одного из соратников, прочитав которое, с облегчением выдохнул:
— Все нормально. Можете не искать.
— Тэя в порядке?
— Да. Сразу после смерти Эрдамона был отдан приказ на ее устранение. Девочка вовремя почуяла неладное и укрылась в яме Старины Бугурта, где просидела двое суток, прежде чем Хангвил с Серафом ее нашли и отвели в зиккурат.
— Почему зиккурат, а не крепость Вергилия?
— Потому что Дарий, Шейд и Хакаш не спят, не едят и могут учуять любую опасность за километр. А в твоей крепости слишком много людей. Как и потаенных проходов, — ответил генерал. — Сейчас я перешлю тебе список имен шпионов, приставленных к ней. Пускай твои люди отловят всех до единого, но не убивают. Я это сделаю сам.
Волей-неволей по моей спине и загривку пробежал холодок.
К сожалению для них, подписавшись на обнуление ребенка, агенты Доминиона допустили роковую ошибку, за которую очень скоро капитально поплатятся. Хотя, конечно, судьба этих подонков мало кого волновала.
А вот сама новость о Тэе меня осчастливила. Даже немного растрогала, рисуя в голове забавную иллюстрацию того, как трое могучих существ покорно выполняют роль добрых нянек: вампир обучает девочку придворному этикету, дэтлок украдкой, словно остерегаясь внезапного появления босса, демонстрирует ей темную магию, тогда как бодак — грустный танк — смущенно переводит в безопасный режим свои чарующие глазки. Мистические и смертельно опасные.