— Ада — не вещь. Я не отнимаю ее у тебя. А освобождаю от «Императива».
Профессор взвыл — его давний кошмар грозил вот-вот сбыться, мне оставалось совсем чуть-чуть — как неожиданно он сделал то, чего я никак не мог ожидать: перевернувшись на спину, Файр протянул руки к небу и тихо прошептал:
— Окрус… помоги…
«Бам!»
Ударил гром.
Время вокруг снова остановилось, и за спиной Доусона появился он. Темный стихиалий, что вопреки обыкновению пришел не один. С ним было трое: охотник, баргест — видимо, те самые Диглофус и Калт — и кто-то еще. Могучий войн, чье лицо я видел впервые. Черноволосый, мужественный, с пронзительным взглядом. Наверное, его даже можно было назвать красивым, если бы не уродующий его облик волчий оскал.
«Килгор», — догадался я. Тот самый титан и брат Диедарниса, о котором упоминал ворон перед отправлением в лагерь Аполло.
— Эо-Эо-Эо… Я от тебя такого не ожидал… — Окрус осуждающе покачал головой, заодно подсветив связывающую нас с профессором нить «Суггестии». — Всегда был хорошим парнем, соблюдал моральные принципы. И что теперь? Готов сломать человеку жизнь ради девушки?
— Именно так.
— Что ж, быть может, у тебя это получится.
Заговорщически улыбнувшись, стихиалий склонился над Файром.
— Прости, мой дорогой друг, — произнес он. — Долгие годы я помогал тебе и делал это безвозмездно. И я предупреждал тебя: говорил, не давить на нее, не принуждать. Увы, ты меня не послушал. А потому теперь настал момент, когда просьба превращается в долг. Если ты готов — я помогу. Но подумай хорошенько. Ибо долги придется отдать.
— Я сделаю все, что ты скажешь.
— Ты уверен?
— Да.
— Быть посему.
Щелчок пальцами — и связывающая нас в «профессором» нить с треском разорвалась.
Я не сразу осознал, что произошло. А когда до меня наконец дошло, то я почувствовал, как моя душа буквально ушла в пятки.
«Сорвался!»
«Не получилось! Гребаный „Императив“ по-прежнему в силе!»
Для меня это стало глубоким потрясением. Ужасающим фиаско, аккурат за которым течение времени снова возобновилось.
Окружающий мир хлынул на нас подобно цунами. Я увидел тысячи сражающихся, чадящие дымом боевые машины и несущуюся в нашу сторону титаниду. Любимую девушку, которую, к сожалению, я потерял навсегда.
Дерьмо. Полное, твою мать, дерьмо. Особенно если учесть, что именно Ада бежала меня убивать. А возможно, и не только меня — в десяти метрах позади показались Герман, Эстир и Гундахар.
— Вот и все, дорогой Эдвард. Я сделал, как ты и просил, — Окрус помог Доусону встать. — Есть ли еще что-нибудь, чем я могу быть полезен?
— Я хочу, чтобы ты уничтожил его, — трясущейся ладонью Файр указал на меня. — Поганого сопляка, посягнувшего на святое!
Стихиалий покачал головой.
— Я же говорил. Он — мой брат. Вредить ближайшему родственнику я не стану.
— Тогда убей их, — палец профессора ткнул в сторону Германа и остальных. — Пусть Эо страдает. Пускай знает, что все произошло по его вине!
— Хм… а вот это я, пожалуй, могу.
— Я бы поспорил, — раздался неподалеку мистический голос, от звука которого все обернулись.
Это был Диедарнис.
Могучий титан, решивший вмешаться в последний момент. Чертовски опасный даже для него, однако мегалодон почему-то оставался абсолютно спокойным.
— Мне жаль тебя, Файр, — произнес он. — На протяжении всего испытания я старался тебя образумить. Указывал на ошибки. Но ты так и не усвоил урок.
Доусон не ответил.
А секундой позже ему на замену ступил Окрус.
— Приветствую тебя, мой старый друг, — поклонился он.
— Давно не виделись.
— Да, давненько, — стихиалий задумчиво почесал щеку тыльной стороной ладони. — Ты не ответил на мой зов. Закрылся от меня. Причем сделал это столь основательно, что по-прежнему выглядишь для меня белым пятном. Что же ты задумал?
— Не твоего ума дело.
Лицо мегалодона оставалось непроницаемой маской, но я видел, как его травмированная кисть снова начала мелко трястись.
— Я разочаровал тебя. Я понимаю, — в голосе Окруса звучало сожаление. — Но и ты пойми: я не мог тебе помочь.
— Твоя помощь мне более не нужна. А вот им моя — да.
Странно. Очень странно.
Наблюдая со стороны, я искренне не понимал, что происходит. Либо он окончательно слетел с катушек, либо всему виною спонтанная встреча. Однако в одном я убедился наверняка: своим поведением Диедарнис умудрился разом разорвать все шаблоны. Ибо титан не просто вписался за нас — он буквально грудью встал на нашу защиту.