— Черт возьми, Мозес!!! Совсем сдурел⁈ Тьфу… гадость какая… — пару раз сплюнув на землю, Мора поспешила вытереть рот рукавом. — Я же с Платоном встречаюсь! Уже восемь лет!
— Упс… — мгновенно помрачнел тот. — Прости. Не знал.
— Ага. А спросить не судьба⁈ Надо было сразу набрасываться⁈ Тьфу, блин… и дотянулся ведь! Еще и сажей измазал…
— Думаю, он не со зла, — сбоку от нее послышался голос того самого Платона. Некогда лидера монахов, чье место волею случая занял Антон. — Поэтому сделаем вид, что этого не было. Но если увижу подобное еще раз, — мужчина погрозил кулаком, — разговаривать будем иначе.
— Ай, ну вот и что ты мне тут своей культяпкой тычешь? Сказал же: не знал, — проворчал толстяк. — А коли руки чешутся мне морду набить — так вперед! Газуй! Вот только как монах я круче тебя! Плюс брал уроки фехтования у Гундахара! А значит, точно тебя размотаю!
— Бро, остынь, — ладонь Локо легла Мозесу на плечо. — Понимаю: облом неприятный. Но сейчас ты неправ, и сам это знаешь. Лучше пошли прогуляемся. Проветрим мозги.
— Ну да, конечно. Снова облом… Впрочем, как и всегда.
Развернувшись на каблуках, друг направился прочь.
— Госпожа Мора, господин Платон, приношу свои извинения, — бросил напоследок он. — В ту роковую минуту я почему-то подумал, что, быть может, именно сегодня Вселенная мне улыбнется, но увы: чарующие губы прекрасной женщины вновь обернулись для меня ободком унитаза.
Монах с ифритом ушли подышать. А позади них я увидел ту, при виде которой мое сердце болезненно сжалось — Иону. Лидера бардов и того самого курносого ангелочка, чьи красные от слез глаза судорожно искали в толпе Германа.
Казалось, она давно уже все поняла. Почувствовала в тот самый миг, когда жизнь друга резко оборвалась. Но в то же время отказывалась в это верить. Надеялась, что предчувствие ложное и человек, в которого она успела влюбиться на первом свидании, вот-вот покажется где-то рядом.
И, пожалуй, в этом мы были похожи. Мне тоже не верилось. Буквально не укладывалось в голове, отчего мозг безостановочно подбрасывал идеи, что это всего-навсего глупый розыгрыш. Что танк сейчас выпрыгнет из-за угла и будет потешаться над тем, что мы, дураки, повелись. А мы, в свою очередь, будем злиться. Называть его полнейшим кретином за то, что додумался учудить такую жестокую, нихрена не смешную черную шутку.
Да. Мне бы очень хотелось, чтобы это оказалось правдой. Но так не будет. Подобные мысли — лишь защитная реакция нашей психики. Когнитивный диссонанс между «миром, где этот человек существует» и «миром, где его уже нет».
— Влад, я с ней поговорю, — впервые после смерти Германа подал голос Эстир. — Ты иди. Тебя Август зовет.
— Спасибо.
Шаман мягко кивнул.
Он понимал, что в глубине души я боялся этой встречи. Что я не знал, какие слова подобрать и как именно сообщить.
Наверное, у него получится это лучше, чем у меня. За что я искренне был ему благодарен.
Продолжая держать на руках Аду, я подошел к инженеру.
— Селена, Сатир, подготовьте отчеты. Сбор офицерского состава через час, — продолжал отдавать команды он. — Эо, следуй за мной.
Мы двинулись по направлению его мастерской.
Пересекли поляну мегалитов, подошли к зданию для светских мероприятий, переоборудованному в сухой ангар, и практически перешагнули порог, когда из-за угла показался Сераф с восседающим на его плече пушистым мошенником.
Тогда же одновременно произошло два события: проклятая сфера во мне шевельнулась, поспешив отползти поглубже в «пещеру», в то время как Хангвил насторожился и прижал к голове уши, будто не сразу меня узнал. Да, это продлилось всего мгновение и, спустя секунду, кошачий медведь радостно встрепенулся, телепортировавшись мне на грудь. Но эта краткая заминка, это сомнение, промелькнувшее на его рыжей мордочке, ударило по мне сильнее любой претензии.
А также стало последним предупреждением.
«Тронешь три — и он от тебя отвернется», — сейчас я понял это со всей ясностью.
— Малыш, это я. Пока я.
— Уа!
Крохотная лапка ухватила меня за кадык, мокрый нос ткнулся в щеку, а уставшие плечи вновь ощутили на себе пять килограмм лени и доброты.
Я с облегчением выдохнул.
«Слава богу. Ты со мной».
— Сераф, спасибо тебе, — склонил голову я.
— Не стоит, Эо, — ответил архангел. — Мы прекрасно провели время вместе. Более того, я даже не пил. Представляешь?
— Рад это слышать.
— Влад, чуть поживее, — поторопил Август.
Мы вошли внутрь.
В те самые стальные джунгли, сквозь которые продирались уже много раз.