— Пожалуй, — ответил я. — К вопросу о Германе: тебе удалось что-нибудь выяснить?
— Нет, — грустно выдохнул Глас. — Пробовал поговорить с Серафом, но этот пернатый алкаш жрет «Мозгобойню», не просыхая. И двух слов связать не может. Еще пытался обратиться за помощью к Эйслине, однако эта, кхм… истеричная мадемуазель сходу заявила, что помогать не намерена. Хлопнула дверью у меня перед носом. Остается Галилео.
— Который откладывает разговор до конца недели.
Прошагав еще полкилометра, мы приблизились к Аукционному Дому и возвышающемуся немного левее от него зиккурату.
— Слушай, я бы все-таки зашел к генералу, — произнес я. — Ты не против?
— Нет. Пошел он к черту. Я этого изверга видеть более не желаю. И в пыточную его ни ногой.
— Ясно. Подождать сможешь?
— Лучше разделимся, — предложил шаман. — Давай мне свои жалкие четырнадцать миллионов и ступай. А я пока сгоняю на аукцион, в Агерон и Сокровищницу. Встречаемся здесь же часов через шесть.
— Почему так долго?
— Тут за углом открылся филиал «Утопии Суккуба» с девушками-тифлингами. Хочу заглянуть.
— То есть более подходящего времени найти ты не мог?
Друг промолчал.
— Или дело в ком-то конкретно?
— Ай, ну что ты пристал, — томно вздохнул Эстир. — Да, есть одна особа, которая с некоторых пор вызывает у меня нешуточный интерес. Доволен?
Весело улыбнувшись, я прислонился спиной к кованой изгороди.
— Рассказывай. Вижу же, что тебя самого распирает.
— Короче, — радостно воодушевился тот. — В самый разгар битвы я сражался с одной дамой. Победил ее, отпустил пару шуток, выложил видео. Вроде бы ничего особенного. Однако вчера вечером мне в личные сообщения неожиданно постучался любопытный сюрприз.
Интерфейс NS-Eye мигнул присланным файлом.
Это было черно-белое фото. Обнаженное женское тело, плавные изгибы спины, идеально симметричные очертания ягодиц и костяной «треугольник» демонического хвоста, намеренно перекрывающего вид на то самое. И больше ничего. Ни лица, ни обстановки вокруг. Лишь элегантная подпись: «Поклянешься обеспечить мне безопасность — увидишь…»
— Так, погоди секунду… это что, Гондвана⁈ — искренне удивился я.
— Ага.
— Девушка Фройлина, которая дважды пыталась тебя убить?
— Трижды, — лучезарно улыбнулся тот.
— Надо же. Вот так поворот… — продолжая недоумевать, я удалил пикантное фото из своей «памяти». — Ну а ты чего?
— Трудно сказать, — Эстир прислонился рядом. — С одной стороны, мне немного брезгливо из-за ее связей с эльфом и орком. Но с другой… сердечко нет-нет да трепещет. Дико интересно.
— То есть вариант, что это грязная ловушка с целью тебя обнулить, ты даже не рассматриваешь?
— Не-а.
— Поясни.
— Во-первых, шаманское чутье. Во-вторых, для нее это уже колоссальный риск. Ну а в-третьих… — друг крепко задумался. — Блин, Влад, может все-таки можно ее оставить?
— «Оставить»… — передразнил я. — Это же тебе не собака.
— Да не об этом речь. Я советуюсь. Ибо сам до конца не понимаю, как поступить.
— А мне-то откуда знать? Можно подумать, я в курсе, какие там у вас искры пробегают между попытками друг друга убить. Но я одного никак не улавливаю: в бордель-то тебе зачем?
— Хочу провести один эксперимент. Чисто в научных целях.
— Это в каких?
— Ой, ну что ты как маленький, — поморщился Глас. — У меня никогда не было с тифлингом. А потому его высочеству необходимо проверить физиологию. Убедиться, что ничего не сгорит и серой, спустя одиннадцать минут, не…
— Так, все, — перебил его я. — Иди. Удачи тебе там и бог в помощь, воображуля несчастная. Но смотри, не опаздывай. Нам еще предстоит обживать новый дом.
— Сердечно благодарю.
Весело насвистывая, шаман направился к Аукционному Дому.
— Да, и еще одно, — добавил я. — Больше мне такое не показывай. Если Гондвана переметнется и каким-то непостижимым образом войдет в твою жизнь — мне будет неловко. От осознания, что я едва не увидел… черт, даже не знаю, какое слово подобрать…
— Тоже всегда мучился этим вопросом, — усмехнулся Глас. — Какое обозначение ни возьми — все либо слащавое, либо чересчур медицинское, либо похабное.
— Во-во.
Спустя десяток секунд, Эстир скрылся за поворотом.