Спрыгнув с подоконника, она бросилась к шкафу и, опустившись на колени, начала искать что-то в одном из ящиков.
— Какое еще «такое» утро? — буркнул мужчина, закрывая большой ладонью лицо от яркого света. — Черт возьми, задерни проклятые портьеры и вернись в постель.
— Обязательно, милорд, но сначала я должна вас поздравить!
Убрав руку от лица, Дэвид перевел взгляд на жену, которая стояла рядом с кроватью и прятала что-то шуршащее за спиной. Маркиз покачал головой, желая вернуть себе ясность мыслей.
— С Рождеством, муж!
— Я совсем забыл про праздник.
Мужчина улыбнулся и, приподнявшись в постели, посмотрел на жену. Лучи солнца мягко скользили по коже Элис, а ее распущенные волосы, словно золотой шелк, обрамляли прекрасное лицо. Забравшись в постель, девушка устроилась на коленях рядом с ним и протянула подарок, упакованный в блестящую шуршащую ткань. Дэвид с легким волнением взял его в руки.
— Открывай скорее!
Элис широко улыбнулась, отчего мужчина почувствовал себя неловко. Дэвиду никогда не дарили подарки на Рождество, и потому он не знал, как себя вести... Дьявол! Ему вообще-то никогда ничего не дарили, даже в детстве. Он вырос в семье маркиза, так что его было трудно чем-то удивить. Развернув упаковку, Дэвид замер, увидев в своих руках маленький деревянный корабль с парусами из изумрудной ткани. Присмотревшись, он понял, что держит точную миниатюрную копию своего судна «Святая Мария», и с трудом проглотил комок в горле.
— Почему ты так смотришь, Дэвид? Тебе не нравится?
— Нравится, — прошептал он севшим от волнения голосом, и его смятение передалось жене. Она покраснела и, опустив взгляд, расстроенно покачала головой.
— Прости, я хотела... Думала... Так тебя порадовать.
— Ты чудесная девушка, Элис. Я не знаю, что сказать...
— «Спасибо» будет вполне достаточно. Знаешь такое слово?
Дэвид поднял взгляд на свою удивительную француженку и пробормотал слова благодарности. Затем его взгляд снова вернулся к кораблю, где внизу виднелась изящная гравировка. Поднеся деревянную фигурку ближе к глазам, Дэвид вслух прочитал:
— Капитану моего сердца?
— Ещё чуть-чуть, и я разнесу этот проклятый корабль от стыда!
— Я не позволю.
Мужчина улыбнулся, и прядь волос упала ему на лицо, смягчая его суровые черты. Элис вдруг подумала, что именно так маркиз Бичворт выглядел в школьные годы. Убрав подарок в сторону, Дэвид обнял жену за плечи, и она опешила. Он впервые обнял её с такой силой... Крепко и по-настоящему... Так мужчина обнимает только родного человека, а не очередную любовницу. В душе Элис распустились цветы любви, и она счастливо улыбнулась, обнимая мужа в ответ.
— Спасибо, я удивлен.
— Еще раз с Рождеством, муж!
— С Рождеством, Элис. Только я ничего не купил для тебя взамен. Черт! Нужно было подумать об этом заранее.
Мужчина чмокнул жену в ухо и, отстранившись, виновато посмотрел ей в глаза. Элис махнула рукой.
— Пустяки, я ведь и так живу за твой счёт. Ты подарил мне одежду, туфли, шляпы. Новую жизнь и... фамилию. Кораблик обошёлся мне куда дешевле...
Обхватив лицо жены руками, Дэвид заставил ее замолчать.
— Ты нужна мне, Элис. Ты очень нужна мне в жизни.
Маркиз тяжело задышал, когда девушка, медленно облизывая губы, глядела в его мужественное лицо. Улыбнувшись, она положила ему свои тонкие руки на плечи и томно прошептала:
— Люби меня, как в тот незабываемый вечер на корабле, когда всё только начиналось...
Их губы соприкоснулись, и тепло разлилось по их телам, обволакивая сердца страстью. Уложив жену на кровать, Дэвид навалился на нее сверху и осыпал ее тело влажными поцелуями, заставляя девушку стонать от удовольствия. Погружаясь в объятия желанной женщины, маркиз с трудом признался: «Ты лучшее, что есть в моей жизни». В следующий миг он спешно стянул с жены невесомую ночную рубашку из тонкой полупрозрачной ткани и шире раздвинул ее стройные ноги.
— Дэвид! Ах да, да!
Потерявшись между небом и землей, два сплетённых тела слились в танце любви, даря друг другу мгновения блаженства на земле. Излившись в ее лоно, Дэвид откатился в сторону и, тяжело дыша, вновь взглянул на подаренный кораблик, который нашёл дорогу к его сердцу. В тот момент маркиз поклялся самому себе, что непременно сделает Элис самой счастливой женщиной на свете. Он клялся искренне, не подозревая, что в это мгновение жена уже ощущала счастье, будучи рядом с ним.
К вечеру в доме маркиза собралась толпа гостей, среди которых, конечно же, присутствовал Генри. Улучив момент, он отвел Элис в библиотеку, где вручил ей серебряную заколку, украшенную красными камнями в форме цветка.