Матросы принялись наперебой кричать, рассказывая то немногое, что им было известно.
— Офицер, никто не знает, откуда взялась девка на борту.
— Её Джон нашёл в трюме. На русалку не похожа.
У каждого подчинённого, дорожащего своей работой, есть особый дар — определять дурное настроение начальника по его шагам. Услышав приближение капитана, команда заметно занервничала. Все старались отойти от женщины подальше, понимая, что за такой проступок многим несдобровать. Женщина на корабле — к большой беде. Привести её на борт означало вызвать гнев капитана и экипажа, а в некоторых случаях — подписать себе приговор.
Переглядываясь, моряки замялись, опасаясь гнева Бичворта. И не зря. В Англии кораблям часто давали женские имена, так как для экипажа судно являлось матерью и защитницей в опасном плавании. Вот почему любой другой женщине не было места на корабле: она могла разозлить морских богов, а само судно могло начать «ревновать» к сопернице и перестать подчиняться капитану.
— Боцман! — раздалось рычание Дэвида. — Объясни мне, какого дьявола вы стоите без работы?!
Голова Элис, которая до этого момента безжизненно смотрела вниз, поднялась. В зелёных глазах загорелся пожар, когда она взглянула на молодого широкоплечего маркиза. Одетый в чёрные бриджи и белую рубашку, расстёгнутую на груди, капитан олицетворял собой эталон мужской силы и красоты. Элис даже на миг показалось, что она тронулась умом и образ капитана предстал перед ней приукрашенным её воображением.
Несмотря на нелепую ситуацию, Компас оставался спокойным. Отойдя, он указал рукой на женщину и пожал плечами:
— Никто не сознается, кому принадлежит проститутка.
Элис вспыхнула. За несколько дней наряд девушки пришел в негодность: фата порвалась, платье требовало чистки, а про макияж и говорить не стоило. Она не была уверена, что выглядит хорошо, но представить, что ее могли принять за женщину легкого поведения, казалось абсолютно невозможным!
— Вряд ли хозяин найдется. Проститутки никому не принадлежат, — усмехнулся Герни, все еще с любопытством поглядывая на уродину.
— Женщинам не место на кораблях. Если таковые обнаруживаются, их нужно немедленно выбросить за борт, — убрав руки за спину, заявил капитан, глядя в зеленые глаза.
Элис покачала головой и приоткрыла рот, но страх сковал ее, и она не смогла произнести ни слова в свою защиту.
— Правда обязательно станет известна, — продолжил Дэвид. — Пусть тот, кто притащил шлюху на корабль, выйдет вперед, и я обещаю его помиловать!
— Видать, мужик здорово ее потрепал, — пробормотал одноглазый моряк. — Никогда еще такой страшной бабы не встречал!
— Я жду! — рявкнул капитан.
Команда попятилась. Похоже, никто не собирался сознаваться в содеянном. Элис, движимая паникой и страхом, попыталась встать на ноги, но конечности ее не слушались. Тело била крупная дрожь. Они все приняли ее за проститутку... уродливую проститутку. Единственная женщина на корабле не могла ждать добра от сотни мужчин. Подумав о том, что ее ожидает, Элис решила, что стоит покориться судьбе и скорее выброситься за борт. Глаза ее блуждали по палубе. Не различая лиц, она поползла к борту, и руки вцепились в край судна.
Дэвид повидал многое, но такое зрелище могло впечатлить любого! Укутанная в тюль женщина буквально билась в конвульсиях. Тело ее сотрясала крупная дрожь, а в глазах застыл страх. По законам, женщинам на корабле находиться нельзя, и потому Бичворт не сомневался в том, что от нее следует скорее избавиться. За его спиной все еще летели шутки в адрес незваной гостьи. Кто-то называл шлюху призраком, другие — трупом русалки из-за яркого оттенка зеленых глаз. Мутный взгляд испуганно бродил по палубе, но вскоре застыл на капитане.
Она умоляла его без слов. Волнение пожирало Элис, она отчаянно пыталась прочитать намерения капитана, но лицо его оставалось похожим на красивую венецианскую маску. В отличие от других, он не испытывал ни веселья, ни грусти, и Элис почувствовала горькое разочарование, понимая, что он не собирается ей помогать. Видимо, он совсем не джентльмен, и ему безразлична судьба несчастной женщины. Не в силах более выдерживать происходящее, девушка из последних сил поднялась на ноги и, склонившись, взглянула на воду. Поднялся шум: кто-то из матросов выкрикивал проклятия, другие смеялись над дурой.
— Не умирай так скоро! Ты могла бы стать нашей игрушкой, — прокричал кто-то, вселяя в Элис уверенность осуществить задуманное.
— Молчать! — раздался голос капитана, и все умолкли. — Компас, уведи ее в мою каюту. Мне нужно выяснить, кто нарушил правила и привел ее на борт. После этого я сразу же выброшу за борт обоих виновников.