Басу рассмеялся и сочувственно похлопал англичанина по плечу. Боги — свидетели, этот мужчина и его жена представляли собой гармоничную пару. Видать, неспроста сплелись их судьбы. Они оба умели излучать обаяние и легко подбирать слова, помогающие выйти из щекотливого положения.
— У Джиты действительно есть дурная привычка лечить несуществующие болезни. Я ненавижу чай кудин и считаю его бесполезным, но Джиту трудно в этом убедить.
— Что ж, выходит, мы заложники госпожи Рам?
— Женщины, — Басу махнул рукой. — Боги говорят, им всегда известно больше, чем нам, рожденным в мужском обличии. Продолжим путь. Я хочу осмотреть товары.
— Прошу, господин Рам. Я уверен, вы оцените тонкий вкус вин и насыщенный аромат нашего бренди.
Всё сложилось куда лучше, чем предполагал маркиз. Благодаря хлопотам Элис сделка состоялась, и Бичворт увидел в Басу доброго союзника, который был рад сотрудничать с англичанами. Французы остались без влиятельного клиента, и они бы очень удивились, узнав, что помешала тому их соотечественница.
Глава 58
Союз мужа и жены — это особый мир, который понятен только двоим. Этот мир крайне уязвим и хрупок, он не терпит чужих советов, будь то от близких людей или незнакомцев. Элис повезло, что Дэвид женился на ней по прибытию в Калькутту. Они здесь никого не знали, и их брак был построен лишь на притяжении друг к другу. Никто не советовал молодым людям, как жить правильно. Никто не учил Элис угождать супругу по канонам Священного Писания. Никто не наставлял Дэвида, как нужно верно воспитывать жену в страхе и подчинении. И именно поэтому их союз был весьма успешным. Между ними не существовало ничего, кроме их любви...
Однажды Дэвид отправился с государственным визитом в соседний город, и по пути ему встретился местный умелец-ювелир. Несмотря на его почтенный возраст и слепоту в правом глазу, старик творил вещи невообразимой красоты. Остановившись возле его небольшого магазинчика у пыльной дороги, Дэвид вошел внутрь, тревожа покой старца, который старательно закреплял камни на искусном ожерелье. Стряхнув с фартука пыль, индус уставился на молодого маркиза, гоняя во рту слюну по беззубому рту. Бичворт с отвращением осмотрел магазин, больше похожий на собачью конуру, и уж хотел было выйти, когда Генри, хватая его за локоть, указал длинным пальцем на витрину в конце комнаты.
— Не спеши, приятель. Люди нас не обманули, здесь действительно есть на что поглядеть.
Маркиз решительно направился к витрине, где сверкали драгоценные камни различных размеров и форм, излучая своё великолепие. Влияние Востока оказало значительное воздействие на индусов, что отразилось в их ювелирных изделиях, где прослеживается вкус мусульман. Склоняясь над полкой с кольцами, Дэвид бегло осмотрел алмазы, но ничего ему не приглянулось. Он уже потерял было надежду найти для Элис обручальное кольцо. Прошло немало времени с их свадьбы, а он так и не мог найти подходящее для нее украшение на безымянный палец.
— Купи вот это, — Генри указал другу на синий сапфир. — Приличный камень.
Дэвид пожал плечами. Ни один камень не мог сравниться с характером Элис. Природное очарование девушки и ее харизма затмевали красоту камней. Маркиз был убежден, что жене требуется нечто особенное.
— Она редко выбирает синий цвет...
— Разве? — Генри нахмурился. — Пожалуй, ты прав. Тогда возьми красный перстень. Будет ей напоминать о твоем дурном и напыщенном характере.
— Это всё не то, что я ищу. Кольцо должно быть похожим на нее...
Генри состроил недоверчивую гримасу. Иногда ему казалось, что Дэвид нарочно медлит с выбором обручального кольца, будто не желая связывать себя с Элис до конца. Он все еще не верил в серьезность намерений друга. Маркиз, спустя некоторое время, остановился на изысканном комплекте бриллиантовых сережек в виде гроздей, которые он намеревался преподнести своей супруге по случаю прошедшего праздника.
Старик, глядя на маркиза одним ясновидящим оком, нахмурился. Слишком уж разговорчивый клиент — всегда беда для мастера. Помощник ювелира, смуглый юноша в чалме, старательно заворачивал для высокопоставленного клиента его покупку, и именно тогда скучающий аристократ обратил внимание на пыльный стол мастера. В чаше ювелира лежал золотой обруч с необычным орнаментом, напоминая потрескавшуюся краску. Подойдя ближе, маркиз обратился к старику: