Жена капитана знала: открытие церкви состоялось благодаря Элис, чье чудесное исцеление сподвигло милорда пожертвовать деньги на храм. Марии чудилось, что она находится здесь, словно в горячем сердце Дэвида, и оттого все вокруг в стенах Божьего дома пропитано смехом француженки — возлюбленной ее мужа... Вспоминая их поцелуй в водах реки, Мария почувствовала, как увлажнились глаза. Она отправила маркизу несколько писем, но он не ответил ни на одно из них... А вчера утром ее вызвал к себе губернатор, которому теперь поручили получать отчеты о фонде.
— Это маркиз попросил вас об этом? — спросила Хейз дрожащим голосом.
— Конечно, милочка! Неужели вы думаете, что мне охота вникать в вашу бесполезную работу? Не тревожьте милорда в Дели, он очень не рад отвлекаться на ваш фонд.
— Я вас поняла, — ответила Мария, стараясь сдержать горькие слезы. — Отныне отчеты будут поступать вам, губернатор.
Плечи женщины поникли. Дэвид оттолкнул ее с такой жестокостью и грубостью, словно она была назойливым насекомым, раздражавшим маркиза. Мария грустно улыбнулась. Похоже, так оно и есть. Она — ничтожное насекомое под ногами великолепного мужчины, который не желает ее чувств. Горячий стыд обжег щеки Марии, и она смутилась от своих мыслей в доме Божьем. Подняв голову, Мария взглянула на отца Томаса, который продолжал свою пылкую речь:
— Милорд не смог сегодня присутствовать на открытии храма: как мы все знаем, он работает на благо Британии в столице, но не сомневайтесь — его дух с нами! И пусть его добрые помыслы передадутся каждому из вас, и мы вместе помолимся за благо нашей родины!
«Если твой дух здесь, Дэвид, знай: мое сердце страдает по тебе и, несмотря ни на что, желает быть твоей», — пронеслось стрелой в мыслях англичанки. Она подняла глаза к сводам высокого потолка и почувствовала, как по ее щеке медленно катится слеза, пропитанная горечью безответной любви.
Время неумолимо двигалось вперед, украшая жизнь миледи интересными событиями. Молодость и любознательный характер привлекали к ней людей, и каким-то невероятным образом ей всюду удавалось найти новых друзей. Заводя знакомства, Элис ни на минуту не забывала о долге мужа перед Британией и всегда старалась помочь ему в достижении целей. Так было всегда, кроме одного званого обеда в Дели, когда за одним столом с англичанами и индусами оказались... французы.
Переступив порог комнаты, где потолок был исписан цветными фресками, Элис замерла, услышав французскую речь. В глазах ее вспыхнул страх, и она с опаской взглянула на своих соотечественников, стоявших неподалеку от господина Рама. Заметив странное поведение жены, Дэвид наклонился к ней и тихо прошептал:
— С тобой всё в порядке?
— Да... Дэвид, нам обязательно нужно здесь присутствовать?
Муж, проследив за взглядом жены, был поражен её реакцией.
— В чем дело? Ты кого-то узнала?
— Нет... Просто я... Впрочем, неважно.
— Нам нельзя уйти.
— Хорошо, как скажешь.
Стараясь побороть оцепенение, Элис сделала шаг вперед, и тотчас многочисленные взгляды направились в сторону красавицы с изумрудными глазами. Элис пожалела, что в этот день не надела уродливое английское платье, чтобы оставаться в тени и избежать повышенного внимания.
— Миледи, вы прекрасны! — перед супругами возник мужчина в длинном камзоле и розовых чулках, прикрепленных к бриджам. Ощупав Элис взглядом, он склонился перед ней в поклоне. — Милорд, вам следует прятать такую красоту от лишних взглядов! Позвольте представиться: Жан Де Лозе, к вашим услугам!
Элис неловко склонила голову, крепко держа мужа под локоть, и её лицо залилось румянцем под дружелюбным взглядом мужчины средних лет.
— Рад знакомству, месье Де Лозе, — англичанин улыбнулся, но взгляд его оставался серьезным. Он не понимал, почему Элис так насторожилась. — Я маркиз Дэвид Бичворт, а это моя жена... Миледи Элис Бичворт.
Мужчина весело рассмеялся, и глаза его лукаво заблестели.
— Редко встретишь такую красавицу в этом захолустье. Я недавно прибыл в Индию по поручению нашего короля.
— Добро пожаловать, господин Де Лозе.
В глазах француза вспыхнул огонь восторга, и он, с энтузиазмом схватив маркизу за руку, наклонил к ней свое лицо, покрытое пудрой. Элис отстранилась, что вызвало у ее мужа недовольство во взгляде.
— Разве я ошибаюсь? Или это всего лишь игра моего слуха? Мы ведь с вами земляки, моя прекрасная маркиза.
Девушка испуганно взглянула на мужа, без слов умоляя его прийти ей на помощь.