— Привыкнуть к тишине форта будет непросто. Здесь не происходит масштабных событий, в отличие от оживлённой столицы.
— Я рад вернуться, миссис Синклер, — опустив взгляд, мужчина вздохнул и тихо признался: — Кажется, я скучал по вам...
Не ожидавшая такого признания, Юна недоверчиво скосила глаза на офицера.
— Красивые мужчины часто так говорят, и глупые девушки им верят, — прикусив щеку изнутри, Юна добавила после неловкого молчания: — Не нужно так со мной, офицер. Я никогда не стану любовницей.
Улыбнувшись, Генри поклонился вдове, и глаза их встретились.
— Я никогда не стал бы обрекать вас на такую постыдную роль в моей судьбе. Извините, но мне пора идти.
Юна, охваченная смятением, смогла лишь молча кивнуть, не в силах понять, что происходит у неё внутри. В этот момент её жизнь начала меняться, но миссис Синклер не осознавала этого. Выросшая в мире горестей и трудностей, женщина боялась довериться зову своего сердца.
Глава 82
Взгляд Бичворта — всегда прямой, уверенный, слегка насмешливый, как у человека, привыкшего к вниманию и власти, — заставлял Флетчера нервничать, но губернатор не отступал от своих убеждений.
— Я считаю, мы должны относиться ко всему терпимее и скрывать наше давление на политику Индии. Калькутта привлекает много лишних взглядов. Нужно остановиться!
Улыбнувшись, Дэвид легким движением руки позволил высказаться отставному полковнику Миллеру, который никак не мог определиться, кого из собравшихся поддерживать в зале.
— Я понимаю, вы молоды и амбициозны, милорд, но у стариков есть опыт. Прислушайтесь к голосу разума и проявите осторожность. Однажды агент Британской Ост-Индской компании Джоб Чарнок основал здесь торговое поселение, и я уверен, он не желал бы, чтобы все его труды сошли на нет из-за того, что мы забыли об осторожности.
В зале стало шумно. Купцы, желающие расширения и поддерживающие Бичворта, спорили с надушенными аристократами, которые боялись потерять прибыльные насиженные места. Больше всех за стремительное расширение факторий переживал губернатор Гарри Флетчер: ему не хотелось добавлять себе работы.
— Прибыль есть, зачем же еще больше рисковать, Бичворт?! — раздался звонкий голос Гарри. — У нас есть стабильность, и мы в погоне за яркой птичкой в небе можем распустить наш курятник!
После того как Бичворт дал мужчинам возможность высказаться, он поднялся на ноги и окинул всех присутствующих строгим взглядом. Шум тотчас затих.
— Многие из вас, мужчины в почтенных летах, привыкли здесь к давно сформировавшемуся порядку. Я осознаю, что пребывание в форте для вас — это настоящий подвиг, но время неумолимо движется вперёд. Британии нужно будущее! Мы все владеем лишь куском пирога, когда наши руки способны захватить куда больше! Пора перестать позволять скользким мусульманам диктовать нам условия! Я верю, что мы можем больше, и я убежден, что форт будет расти! — Поднялся ропот протеста, но Бичворт, подняв руку, призвал аристократов к тишине. — Я знал, что не все примут такое решение, поэтому заранее отправил письмо в Англию, и королева Анна, храни ее Господь от бед, одобрила наш план. Калькутта будет принадлежать Британии, а позже мы захватим всю страну!
Купцы, встав на ноги, зааплодировали маркизу Бичворту; соглашаясь с каждым его словом, они желали увеличить свою прибыль. Некоторые аристократы, смущенные тем, что не соглашались с уже одобренным планом ее величества, почувствовали себя неловко и теперь старались помалкивать. С трудом сдерживая гнев, Гарри Флетчер прикусил язык. Привычная жизнь форта разрушена! «Этот самодовольный кретин непременно навлечет на наши головы войну!» — подумал губернатор, но вслух, разумеется, ничего не сказал. Обсуждение судьбы форта стало жалкой формальностью для тех, кто давно уже все решил. Бичворт хотел превратить форт в хорошо укрепленный город, и ни одна сила, встречавшаяся на его пути, не была способна помешать маркизу.
— Воля ваша, милорд. Нам не остается ничего другого, как подчиниться вашему решению, — смиренно проговорил Миллер, принимая сторону того, кто оказался сильнее.
Люди разошлись, а Дэвид все никак не мог утихомирить поток бурных мыслей в голове. Он стремился возвеличить власть Британии в Калькутте, но «старые псы» вставляли ему палки в колеса, мешая принимать масштабные решения. В последние дни он сталкивался с множеством сомнений, но маркиз не позволял чужим голосам сломить свою решимость. «Калькутта будет процветать» — так рассудил маркиз Бичворт, и небеса, подхватив его слова, позволили мужчине реализовать смелые мечты. Однажды все именно так и случится, и Индия на долгие годы станет жемчужиной, украшающей корону великой Британии.