— Вы правы, и теперь я знаю, что и любовь не вечна.
Рука Элис лежала на другой стороне подоконника, и взгляд мужчины застыл на ее кольце. Протянув руку, он коснулся холодной кожи Элис, и она затрепетала. Рука османа была мягкой и теплой.
— Снимите кольцо, — попросил мужчина.
— Нет.
Француженка убрала руку, и во взгляде ее вновь промелькнул испуг.
— Я лишь хочу вам кое-что показать... Уверен, вы не знаете секрета вашего кольца.
— Какого еще секрета?
— Доверьтесь мне, Элис.
Мужчина протянул девушке раскрытую ладонь, и она с трудом сняла с пальца обручальное кольцо. Взгляд Джарраха потемнел, когда, сжав в ладони кольцо, он превратил его в раскрытый шар. Француженка удивленно вскрикнула и недоверчиво покачала головой.
— Я не ошибся, вы не знали.
Дрожащей рукой Элис прикоснулась к подарку мужа. От увиденного у нее пропал дар речи.
— К-как вы это сделали?
— Это не моя заслуга, а умельца-ювелира. Уверен, в мире немного таких колец.
— Но откуда вы об этом узнали?
— Поднесите кольцо к свече, моя дорогая госпожа, и найдете ответ на свой вопрос.
Нахмурившись, Элис поднесла золотой шар из сплетенных между собой колец к пламени, и в глазах ее снова вспыхнуло удивление. Заметив на нем знаки и символы, Элис попыталась прочесть невообразимо тонкую гравировку на одном из обручей.
— Не могу разобрать, что здесь написано.
— Похожие души всегда встречаются.
— Не понимаю, откуда вам так много известно о моем кольце! Что вы от меня скрываете? Я не люблю тайны! Кто вы, месье?
Девушка приблизилась к окну и, загипнотизированная взглядом османа, вновь протянула ему руку. Сжав ее ладонь, он передавал ей через прикосновение свое тепло и спокойствие.
— Я ваш друг, госпожа. Навсегда.
За дверью послышался шум, и Элис, отпрыгнув от окна, выронила кольцо. Дергая ручку двери, Генри громко звал миледи.
— Черт возьми! Почему здесь заперто? — постучав, он призывал девушку открыть дверь. — Открой!
Взглянув на окно, девушка заметила лишь черный плащ мужчины, который скрылся в темноте. Похлопав себя по щекам, Элис поспешила открыть офицеру дверь. Войдя в комнату, он тотчас осмотрел миледи с головы до ног.
— В чем дело? Ты напугала меня!
— Я задремала, прости!
— Мне показалось, я слышал чей-то голос?
— Наверное, я говорила сама с собой...
Элис не умела врать, и даже простодушный Генри учуял подвох в ее словах, но не стал смущать миледи.
— Мы собрались пить чай с пирогами, без тебя будет невкусно. Пойдем.
— Да, конечно... Скорее, пойдем же пить чай!
Элис выскользнула из комнаты, следом вышел офицер, и они, громко разговаривая, направились к Юне. Растерявшись, француженка забыла о кольце, а вернувшись в комнату после чаепития, уже нигде его не нашла. Кольцо забрал осман, и Элис пришла от этого в ужас. В этом загадочном мужчине таились одновременно исцеление и погибель. Несколько дней подряд миледи приходила в комнату и подолгу сидела там, ожидая Джарраха, но он больше не пришел, и француженка утратила свое кольцо. Злясь на себя, девушка не знала, что ей делать. Неужели Джаррах оказался вором и, умело запудрив ей мозги речами, украл кольцо?
Спустя пару дней Элис решила обо всем рассказать Генри. Осман пугал ее своим появлением, и она не могла так просто смириться с потерей кольца. Войдя в гостиную, миледи застыла на пороге. За столом рядом с офицером сидел... Джаррах. Улыбнувшись удивленной девушке, мужчина тотчас поднялся и поклонился прекрасной маркизе Бичворт.
— Элис, доброе утро! Ты не поверишь, но Джаррах Аль-Маккави нашел твое кольцо! Как ты могла его потерять?
— М-мое кольцо?
Приблизившись к потрясенной миледи, осман протянул ей украшение.
— Это ведь ваше, верно?
— Верно.
— Позвольте убедиться в этом, госпожа.
В следующий момент кольцо оказалось на пальце Элис. Осман без труда надел его и, оставаясь незамеченным для офицера, сжал хрупкую ладонь миледи. Француженка задрожала: она почувствовала во всем этом недоброе предзнаменование. Джаррах вел себя слишком уж вызывающе, и Элис не понимала, почему Генри помалкивает. Отстранив руку, маркиза обожгла мужчину взглядом изумрудных глаз, но проклятый турок будто бы этому даже обрадовался.
— Пусть в вас лучше бушует злость, чем черная тоска.
Поджав губы, Элис не нашла, что ему ответить, и тогда вмешался Генри. Его насторожил поступок мусульманина.
— Пройдите к столу. Скоро принесут чай.
— Я свой долг выполнил, и мне пора. Мои люди ждут на улице. Я возвращаюсь в Дели.
«Слава богу», — пронеслось в мыслях девушки. Она желала, чтобы осман навсегда исчез из ее жизни. Сухо поблагодарив Джарраха Аль-Маккави, миледи устроилась за столом. Оставшись наедине, Генри взял руку Элис и поднес ее ближе к своему лицу.