— Точно твое кольцо? Этот мужчина меня настораживает.
— Да...
— Странно как-то всё. Откуда же он мог знать, что кольцо принадлежит тебе?
— Генри, прекрати! Я сама удивлена происходящим не меньше тебя!
Элис испытывала тревогу, и её беспокойство усилило желание офицера поделиться своими наблюдениями с Бичвортом. Маркиз должен позаботиться о своей супруге. Вскоре в комнату вошла Юна, и офицер переключил свое внимание на женщину, которая жаловалась на плохой сон из-за жары.
Экипаж Хейз прибыл в форт именно в то роковое мгновение, когда красивый темноволосый мужчина выходил из дома маркиза Бичворта. Проезжая мимо, Мария не могла скрыть любопытного взгляда. Мужчина был похож на грозную пантеру, а его черные глаза пронзали, как острие кинжала. Кто он и что делает в их форте? Раздался детский плач, и женщина, переключив внимание на недовольного ребенка, постаралась прогнать тревогу в груди. Лошади быстро умчали карету Хейз вперед, но воспоминания о темноглазом мусульманине еще долго преследовали жену капитана.
Глава 90
Душа женщины — тайна, и бытует мнение, что ни одному мужчине не удалось ее разгадать. Бичворт испробовал все возможные способы спасти брак, но его усилия не увенчались успехом. С Элис что-то случилось, и любовь ее угасла. Пропал блеск изумрудных глаз, и ее веселый смех стал редкостью в форте Калькутты. Она словно повзрослела и из доброй феи превратилась в прекрасную холодную колдунью. Пышные юбки стали более прямыми, каблук на обуви — ниже... Отныне за ужином она чаще молчала и почти не танцевала на балах. И теперь не только Дэвид видел, что с ней что-то не так, но и многие жители Калькутты. Прекрасная маркиза утратила желание устраивать праздники. С недавних пор ее чаще можно было застать в библиотеке или за роялем. Сидя за музыкальным инструментом, Элис играла и вдруг замирала, и взгляд ее подолгу задерживался на нотах. Никто не знал, что в тот миг творится с миледи Бичворт, и она от всех утаивала постыдный секрет своей жизни.
Глаза ее пристально следили за мужем, и каждая его улыбка, подаренная другой даме, казалась Элис гвоздем, вбитым в ее израненное сердце. Она презирала мужа за ложь. Будь он с ней откровенным, признайся в измене — и Элис, возможно, смягчилась бы... Пусть она истерила бы и проклинала его, но она попыталась бы его понять. Однако он молчал, продолжая разыгрывать перед обществом роль добродетельного супруга. Дэвид все еще пытался наладить с ней контакт, но Элис закрылась от него душевно, и он это чувствовал. В какой-то момент он осознал, что невозможно вернуть в жизнь то, что бесследно кануло в прошлое.
Маркиз сидел в кабинете до позднего вечера. Потирая переносицу, он писал отчет для королевы. За окнами шумели матросы, выгружая недавно прибывший корабль; они пели шанти, чем ужасно раздражали слух Бичворта. Милорд несколько недель назад вернулся в форт и честно признался самому себе, что желал бы как можно скорее покинуть его вновь. Потому он торопился закончить дела. Жить с Элис в одном доме оказалось невыносимым. Она буквально изводила его своим молчанием и ничуть не смягчилась за время его долгого отсутствия. Дверь внезапно и глухо стукнула. На пороге появилась Мария Хейз в симпатичном синем платье с плетеной шалью на плечах.
— Милорд, — поклонившись, женщина подошла к столу. — Я хотела уточнить, можно ли выделить семье Скиннер несколько мешков гороха? Многодетная мать пока не может расплатиться, и я обещала, что договорюсь взять продукты в долг.
— Хорошо. Запишите в книгу Алфи, сколько они взяли провизии. У нее семь детей, пусть не спешит отдавать долги.
— Ваша милость, вы бесконечно великодушны.
Дэвид не глядел больше на Марию. Англичанка поклонилась и направилась к выходу, но внезапно вспомнила про вопрос, который не давал ей покоя.
— Не подумайте, что я лезу не в свое дело, но все-таки я бы хотела предостеречь вас...
Подняв бровь, мужчина недовольно взглянул на рыжую женщину, которая превращалась перед ним в податливый воск. Она порядком надоела Дэвиду, и он неоднократно подумывал, как бы избавиться от нее вместе с ее супругом.
— О чем же?
— Не стоит верить мусульманам. Они враги креста и блага нашему форту не принесут.
— Выражайтесь конкретнее, миссис Хейз.
— Извините, я просто видела в вашем доме этих людей...
— Каких людей?
— Мусульман, — Мария захлопала глазами. — Точнее, одного из них я запомнила очень хорошо. Он выходил из вашего дома, когда другие люди ждали его на улице.