Войдя в светлую гостиную, украшенную синей драпировкой и мебелью из темно-коричневого сандалового дерева, дамы не смогли скрыть своего восхищения. Убранство поражало изысканным вкусом и великолепием. Навстречу гостьям вышла Юна. Она улыбнулась и поздоровалась с женщинами. Сара робела: пожалуй, она еще ни разу в жизни не попадала в такое роскошное помещение. Послышался стук каблуков, и дамы тотчас присели в реверансе, приветствуя молодую миледи Бичворт. Одетая в легкое домашнее платье из льна, Элис попросила служанку принести чай.
— Ах, миледи, ваш дворец превзошел все самые смелые ожидания! Здесь очень красиво!
Услышав комплимент, Элис не смягчила свой серьезный взгляд. Она лишь кивнула в ответ. Собираясь с мыслями, миледи не слушала пустую болтовню Сары и старалась не замечать угрюмости Лиззи. Дочь губернатора все еще злилась на Юну, считая, что именно она виновата в том, что Генри назвал ее скучной. Сложив руки на коленях, миледи поджала губы и в следующее мгновение тихо, но строго произнесла:
— Миссис Флетчер, как идут дела в фонде «Английская роза»?
Сара растерялась и захлопала глазами.
— Дорогая, мне мало известно об успехах фонда, но мы можем расспросить обо всем миссис Хейз! Эта молодая женщина работает не покладая рук! Уверена, она сделала многое, но в последнее время мы мало об этом разговаривали и...
Элис подняла ладонь, и Сара тотчас умолкла, выпучив свои бледно-зеленые глаза.
— Мне известно, что фонд так и не обрел популярность в форте. Да и за его пределами подвиги Марии Хейз остаются безызвестными. Содержание фонд получает исправно, но дела его явно находятся в упадке.
— О, — Сара покачала головой. — Как же неприятно. Мария столько сил туда вкладывает. Люди просто не ценят доброту! Они привыкли принимать все как должное!
— Мне также известно, что вся работа миссис... — Элис зажмурилась, пытаясь справиться с презрением в душе. Отдышавшись, она заговорила мягче: — Миссис Хейз сосредоточена лишь на том, чтобы как можно больше вдов и сирот отправились на родину. Это неправильно. Форту нужны люди. Нужно работать внутри, создавать условия и укреплять семейный институт здесь, в Калькутте. Вы согласны, миссис Флетчер?
— Да, конечно!
Сара не понимала, к чему клонит миледи, но взгляд ее выражал искреннее согласие.
— Спасибо, миссис Флетчер. Я рада, что мы единомышленники, и потому решила, что с этого дня Элизабэт будет возглавлять фонд «Английская роза».
Дочь губернатора ахнула, и глаза ее округлились от восторга.
— Лиззи? Моя Лиззи?.. Но она ведь совсем еще ребенок, и я не знаю…
— Рассудите: ваш супруг является губернатором, так кто же, как не его дочь, лучше всех из нас понимает жизнь простых людей в форте? Лиззи живет здесь долгие годы, она молода и сострадательна. Я вижу в ней большой потенциал.
— Спасибо, миледи! — Элизабэт прижала ладони к груди и с обожанием посмотрела на свою подругу. — Это такая честь!
— Лиззи, подожди. Фонд принадлежит миссис Хейз; если ты займешь ее место, получится очень некрасиво.
На самом деле миссис Флетчер говорила так лишь из вежливости. Душа ее ликовала. Надо же, какая удача свалилась на их семью! Лиззи поникла и опустила глаза на чашку с остывшим чаем. Ей очень хотелось стать руководительницей фонда, но воспитание не позволяло девушке перечить матери.
— Главное для нас — благополучие Британии! — пылко заявила Элис, и в этот миг жене губернатора почудилось, будто перед ней сидит маркиз Бичворт. — Мы не ставим приятельские отношения превыше долга перед страной! Каждый из нас обязан быть готов к жертвам! Разве вы с супругом не такого же мнения, уважаемая миссис Флетчер?
Юна, отвернувшись, спрятала улыбку на розовых губах. Элис великолепна! Сейчас она говорила как истинная англичанка.
— Простите, миледи! Я нисколько не имела в виду ничего плохого… Лиззи примет свой долг, и, будьте уверены, она сделает всё ради своей страны! Наша семья, мы…
— Я рада, что мы пришли к взаимопониманию. Секретарь уже подготовил нужные документы. С этого дня руководить фондом станет Элизабэт Флетчер.