— Генри, — тихо произнесла женщина, краснея от смущения. — Давно вас не встречала. Все ли у вас хорошо?
— Да, благодарю. Надеюсь, у вас также всё хорошо, хотя как может быть иначе? В доме Бичворта вы живете как у Христа за пазухой.
Офицер говорил с оттенком упрёка. Юна поджала губы, и настроение ее стало гораздо хуже. Ну почему этот несносный повеса так властен над ее сердцем? «Прекрати расстраиваться из-за него, у вас нет будущего», — упрекала себя вдова, глядя на его красивое лицо.
— Почему вы ведёте себя так невежливо?
— Вы слишком чувствительны к правде, миссис Синклер.
Послышались шаги, и они оба поспешили отойти друг от друга на почтительное расстояние. Вскоре в холле появился маркиз Бичворт со своей очаровательной женой, которая держала его под руку. По сверкающему взгляду Элис нетрудно было догадаться, что ночь миледи провела в объятиях супруга. Она буквально излучала счастье, которое ослепляло офицера Райта. Отвернувшись, он сухо поприветствовал миледи и первым отправился к карете.
— Что это с ним такое? — удивилась Элис.
— В форт прибыл корабль шотландцев, и Генри вне себя от радости, верно, приятель? — Бичворт, похлопав офицера по спине, улыбнулся Синклер.
— Да, так и вижу, как мы все вместе счастливо здесь заживем.
— Наконец-то мы с Юной не будем бросаться в глаза, — усмехнулась миледи, устраиваясь в карете рядом с Бичвортом. — Уверена, мы с ними подружимся!
— Если они все такие же упрямые и взбалмошные, как миссис Синклер, я пас! — возразил Генри, занимая место возле вдовы.
— Во имя Создателя, когда же вы перестанете меня оскорблять?!
— Тогда, когда вы перестанете задирать нос!
Улыбнувшись, маркиз наклонился к жене и шепотом спросил:
— Они всегда такие?
— Да, — с улыбкой проговорила Элис, получая удовольствие от близости мужа. — Но я уже привыкла.
Под аккомпанемент споров и возмущения карета тронулась вперед, унося навстречу с шотландцами. У причала собралось множество людей. Стоя во главе, губернатор Флетчер поправлял галстук, который уже успел помяться. Заметив маркиза Бичворта и его жену, он расплылся в улыбке.
— А вот и вы, мои дорогие гости!
— Они не гости, а хозяева, Флетчер, — возразил Генри, отчего губернатор закашлялся, и Элис, сдерживая улыбку, прильнула к плечу супруга.
— Да-да, конечно! Я имел в виду гостей мероприятия!
— Мероприятие за их счет, — напомнил офицер Райт, отчего губернатор покраснел, награждая Генри злым взглядом. — Что за манеры? Вечно вы все заслуги приписываете себе. Вас послушать, так вы и ковчег Ноя спасли от вымирания!
— Довольно, — приказал Бичворт, и губернатор закивал головой. — Не стоит произносить вслух то, что и так всем известно. Мы все обязаны Гарри жизнью.
На пристани раздался добрый смех, и только губернатор оставался угрюмым. Стоя возле подруги, Юна раскинула над их головами зонтик, пряча миледи от утренних лучей солнца. Послышался шум, и вскоре шлюпки отважных шотландцев прибыли к берегу Калькутты. Крепкие коренастые мужчины первыми спрыгнули на берег и под звуки волынок приблизились к маркизу, стоящему подле губернатора. Юна, услышав знакомую с детства мелодию, широко улыбнулась и приветливо помахала мужчинам рукой. Заметив ее радость, Генри незаметно толкнул женщину в бок.
— Побольше скромности, дорогая. Не то они решат, мы им рады.
— Я очень, слышите, Генри, очень рада каждому из них!
— Предательница!
Махнув рукой, Райт, расталкивая гостей, пробрался вперед и, оказавшись за спиной маркиза, стал нашептывать ему насмешки про вновь прибывших:
— С такими коротенькими ногами они вряд ли проявят себя искусными воинами.
— Молчи, Райт! Я не хочу начинать войну на берегу.
— Ты прав, позволим им вступить в форт и прикончим там!
Англичане издревле недолюбливали варваров-шотландцев, считая их взбалмошными и необразованными дикарями. Но королева заключила с ними мир, и потому маркиз Бичворт проявил гостеприимство к усталым мужчинам. Губернатор не уступал маркизу в красноречии, но его речи скорее утомляли, чем приносили пользу. Шотландцы, от природы горячие и вспыльчивые, не любили долгих разговоров и изъявили желание поскорее устроиться в форте. Они не собирались пресмыкаться перед английской знатью и твердо это демонстрировали, но лишь до тех пор, пока навстречу им не вышла прекрасная француженка — миледи Бичворт.
— Роза среди чертополоха! — закричал мужчина в коричневой тужурке, подбитой мехом, несмотря на сильную жару. — Клянусь, она самая красивая женщина в мире!
Восхищённые взгляды окружили миледи, которая, смущаясь, поспешила подойти к мужу. В светло-розовом платье и с лентами в волосах миледи действительно выглядела восхитительно. К тому же шотландцы сразу учуяли, что она хороша еще и оттого, что не была английских кровей.