— Не смей её трогать своими грязными руками, дворянская падаль!
— Брендан! Нет-нет! — пронзительно закричала вдова, пытаясь помочь офицеру. — Не причиняй ему боль!
Грязно выругавшись, Бичворт вместе с удивленным Сью подоспел к офицеру на помощь. Пока Сью замешкался, не зная, как подступиться, Бичворт отреагировал молниеносно и, схватив шотландца в захват со спины, не церемонясь, надавил на шею, едва не ломая мужчине позвоночник. Брендан взревел, и руки его ослабли, тогда уж Генри сумел вырваться и ударить шотландца под дых, отчего тот громко закашлялся. На шее офицера проступили кровоподтеки, и он, тяжело дыша, прислонился к стене амбара.
— Во имя всех святых, пощадите его, милорд! — взревела Юна, с болью в сердце наблюдая, как бесславно пал Брендан к ногам Бичворта. — Он не виноват!
— Молчи, Юна! Не унижайся перед этим отребьем! — сипло прокричал Брендан, уворачиваясь от ударов.
— У вас нет глаз?! Ваш дружок чуть не отправил Райта к праотцам!
— Он погорячился, — вцепившись в локоть милорда, Юна хотела упасть перед Бичвортом на колени, но он удержал ее за плечи. Вдова знала: Элис не станет защищать врага англичан, и потому была готова стерпеть любые унижения, чтобы спасти своего друга. — Пожалуйста, выслушайте меня!
Вокруг них столпились люди, которые с презрением глядели на миссис Синклер. Она всегда была для них чужой, и сегодня не стремилась доказать обратное. Оттолкнув женщину, Дэвид приказал своим людям увести шотландцев в тюрьму.
— Они не мятежники, — кричала Юна. — Клянусь вам, милорд! Эти люди не были в сговоре!
— Не верьте ей, капитан! Она же одна из этих варваров! — выкрикнул кто-то из толпы, и остальные, подхватив его слова, начали яростно бранить шотландцев.
Генри, постепенно восстанавливая дыхание, испугался за Синклер. «Какая же она дура!» — мысленно сетовал Райт. Мучаясь от беспокойства, он с надеждой взглянул на маркиза. Люди распалялись всё больше, но миссис Синклер, словно того не замечая, продолжала твердить о невиновности друга. Толпа готова была растерзать ее за оправдание подлецов, но не решалась сделать это, осознавая, что Бичворт не допустит, чтобы женщине причинили вред. Угрожающе приблизившись к ней, Дэвид тихо проговорил, чтобы услышала только она:
— Немедленно уходите.
— Я не уйду, пока не буду точно знать, что Брендан в безопасности! Я готова поклясться на Библии в его невиновности! — громко прокричала Юна, смело глядя в глаза рассерженному маркизу.
— Довольно громких заявлений, миссис Синклер!
— Он невиновен... Огилви... Мистер Огилви был этой ночью со мной, и он приехал вместе с нами, Элис...
Вдова осеклась, по взгляду маркиза понимая, что не стоит упоминать его жену. Мужчины злобно насмехались над ней, но Юна не отступила и гордо задрала подбородок. «В ней много мужества, — маркиз не мог не обратить на это внимание. — И потому такие всегда гибнут первыми». Бичворт не собирался убивать шотландцев, и Юне не стоило так самоотверженно бросаться на защиту рослого кретина, который неумело строил свою жизнь. Синклер скомпрометировала себя, и Генри от разочарования отвернулся от вдовы, сгорая от злости.
— Что ж, мы выясним всё позже, миссис Синклер.
Рассмеявшись, Генри махнул рукой, и в глазах его сверкнул недобрый блеск.
— Огилви оправдан, но что скажет уважаемая вдова, миссис Синклер, в оправдание людей ее избранника? Или эта дюжина парней также находится под защитой ее спальни?
Бледное лицо Юны залилось краской, и она задрожала от обиды. Кто угодно... Ее мог унизить кто угодно, и она бы с достоинством это перенесла, но слова Генри оказались для шотландки острым ядовитым кинжалом.
— Заткнись, Райт, — маркиз приказал матросам увести вдову, и на этот раз она не стала сопротивляться. Бичворт почувствовал, что из всего происходящего хаоса именно его друг ранил эту отважную женщину, и на миг ему стало ее жаль. Он не сомневался в добродетели Синклер хотя бы потому, что Юна много времени жила под крышей его дома, и слуги непременно доложили бы ему, если бы вдову посещали гости по ночам.
Сплюнув себе под ноги, Райт направился вслед за Бичвортом, намереваясь убедить того приговорить шотландцев к повешению. В одно мгновение Огилви погубил Синклер, и офицер не знал, как ей теперь смыть с себя этот позор. Оказавшись в своем кабинете, Дэвид расстегнул испачканную кровью рубашку и закатал рукава до локтей. Одежда пропахла дымом и потом, отчего маркиз пожалел, что не хранил в кабинете запасные вещи. Отпив рома, он справился у Сью о жене и пришел в ярость, узнав, что она приехала с Синклер на защиту Огилви.