— Ты говоришь разумно, — с улыбкой согласилась Элис, но Бичворт не оценил ее игривого настроения. Раскрыв веер из перьев, девушка приложила его к своей груди, и Дэвид наконец-то смог поднять глаза к ее очаровательному личику.
— После праздника я отправлю тебя в Англию, — пригрозил муж.
— Одну? В этом платье? — Элис захихикала, и маркиз вновь поразился ее легкомыслию. Она пыталась с ним флиртовать, но Дэвид не мог ответить ей взаимностью. Он все еще страдал от ревности, разрывающей его душу в клочья. Осмелев, Элис вплотную приблизилась к мужу и томно взглянула в его серые глаза. Грудь миледи коснулась сюртука мужчины, и ему буквально силой воли пришлось заставить себя оставаться беспристрастным. — Или, быть может, ты захочешь сопроводить меня и помочь избавиться от этого ужасно неудобного платья в каюте капитана?
Улыбнувшись, Элис скорее почувствовала, нежели заметила возбуждение маркиза Бичворта и, весело рассмеявшись, поспешила отстраниться, но муж ей не позволил. Схватив жену за запястье, он буквально заставил её остаться на месте. Пышная юбка миледи скрывала его непростое положение, и Элис, догадавшись об этом, очаровательно покраснела. Желая облегчить страдания маркиза, она игриво взмахнула веером перед лицом супруга и принялась его обдувать, пока Дэвид устремил взгляд куда-то вдаль.
— Вам жарко, милорд? — прошептала Элис, продолжая обмахивать Дэвида веером. — Я чувствую, сегодня очень высокая температура в форте. Я должна была заранее вас предупредить, но не сделала этого, поэтому вы не были готовы к такой жаре.
— Умолкни, — прорычал Дэвид, поражаясь самому себе. Эта чертовка открыто издевалась над ним, и он, вместо того чтобы поставить её на место и проучить, едва мог сейчас ясно соображать, сгорая от похоти.
— О чем твои мысли, муж? Наверняка ты обдумываешь то, чем мы займемся после торжества?
— Ты угадала.
Дэвид сурово взглянул на Элис, которая продолжала получать удовольствие от пикантных терзаний мужа.
— Пожалуйста, расскажи мне свои мысли...
Повинуясь её желанию, мужчина медленно наклонился к уху жены и, обжигая её своим дыханием, тихо сказал:
— Сразу же после банкета ты сожжешь свое платье, а после будешь на коленях умолять меня простить твои грехи.
Элис притворно ужаснулась и покачала головой.
— Милорд, вы невероятно жестокий человек!
— Я обещаю тебе: ты пожалеешь о своей глупости.
В изумрудных глазах француженки появился лукавый блеск, и она, приоткрыв рот, томно задышала, совершенно не обращая внимания на толпу гостей, жаждущих их с мужем внимания.
— Я принимаю ваше слово, милорд, и с нетерпением жду его выполнения.
С пылающим от страсти и стыда лицом Элис, скрывая эмоции, решительно направилась к гостям. Маркиз Бичворт проводил жену взглядом и не смог сдержать восхищения, любуясь ее изящной фигурой, облаченной в белоснежный шелк. Торжествуя, Элис наслаждалась своей маленькой победой, но улыбка ее быстро сменилась недовольством, когда служанка по приказу милорда принесла для госпожи шаль. Элис, накинув шаль на плечи, подчинилась Бичворту, так как все присутствующие поняли, что ее наряд не понравился мужу. Красная шаль прикрыла грудь миледи, после чего она бросила на супруга презрительный взгляд. Подняв бокал с ромом, мужчина подмигнул француженке, наслаждаясь ее недовольством.
— Шлюха, — презрительно прошипела Мария Хейз, прожигая именинницу холодным взглядом.
— Говори тише, Мария!
— Ты только посмотри на нее, Джон! Эта распутная особа занимает положение главной женщины в форте!
— Прошу тебя, замолчи! Кругом люди!
Семья капитана Хейза не имела дворянского титула, и потому их усадили вместе с такими же простыми людьми за отдельный стол, огороженный кадками с пальмами. Но это нисколько не мешало им наблюдать за праздником. В роскошной столовой подавали изысканные блюда на серебряной посуде, удивляя гостей разнообразием меню. И если бы не раздражение супруги, Джон, несомненно, получил бы удовольствие от еды и музыки, однако Мария была в такой ярости, словно в нее вселился бес.
— Как милорд мог жениться на такой падшей женщине?!
— Не нам судить его выбор.
— Кому, если не мне, осуждать ее? Эта сука забрала мой фонд! Ты говорил об этом с милордом?
— Он уже много сделал для нас, и будет невежливо снова просить его еще и о твоем фонде, — спокойно сказал муж, делая глоток красного вина, которое медленно раскрывало свои вкусовые оттенки.