— Я скучаю по женщине, которая находится от меня слишком далеко, — отвернувшись, чтобы не видеть ее заслезившихся от обиды глаз, Райт продолжил: — Далеко не расстоянием, а душой.
— Оу, — с разочарованием пробормотала Лиззи, отступая от офицера подальше. — Значит, вы кому-то отдали ваше сердце?
Райт рассмеялся. Право, он говорил с ребенком, и ему не стоило быть таким прямолинейным. Почему-то вспомнив сейчас вереницу лиц своих бывших любовниц, офицер пожал плечами.
— Сомневаюсь в том, что мое сердце еще способно кому-то принадлежать.
Элизабэт ощутила себя как ребёнок, впервые столкнувшийся с запутанными страницами энциклопедии. Она в самом деле не понимала офицера.
— Значит, вы скучаете по той, кому не желаете отдавать сердце? Правильно ли я поняла вас, офицер?
— Я скучаю по ее душе, в которой находил покой, однако моя душа ничего не предоставляла ей взамен. Впрочем, не забивайте свою прекрасную голову моими примитивными размышлениями, Лиззи.
Окончательно растерявшись, она кивнула головой, становясь серьезной, хотя ей очень хотелось заплакать в тот миг. Неожиданно откуда-то послышался женский смех, и Лиззи вся съежилась, когда к офицеру побежала кудрявая девица в красном платье.
— Генри, дорогой, глазам не верю! Какая встреча!
Прищурившись, Райт не сразу узнал в лице смуглой танцовщицы девушку, с которой он развлекался в Дели. Закашляв, мужчина взглядом приказал той умолкнуть, и она, прижав ладони к щекам, глупо захихикала.
— Мисс, прошу вас, обождите меня у часовни. Я провожу леди, и мы с вами...
— Поцелуемся? — со смехом продолжила танцовщица, но, тотчас прикрыв рот ладошкой, стремительно умчалась в темноту.
— Простите, Лиззи. Кажется, это моя знакомая из Дели. Я вас не представил, но на то есть причины.
— Да, я понимаю... Не задерживайтесь, офицер Райт. Я справлюсь...
Пунцовые щеки скрывала темнота, но Генри ощутил волнение дочери губернатора. Еще раз извинившись, он быстрым шагом направился в сторону цыганки, которая, звеня своими браслетами, терпеливо ждала любовника у старой часовни. Ощущая себя глупой и ничтожной, Лиззи не смогла сдержать горьких слез, и руки ее задрожали, когда она глядела на спину удаляющего офицера. Пнув от злости камень, Элизабэт сцепила в ладони в кулаки и оцепенела, когда за ее спиной послышался грубый мужской смех. Лиззи замерла и закрыла глаза, услышав глубокий голос ненавистного шотландца.
— Нужно было пнуть его под зад, а не этот несчастный камень, милочка!
Обернувшись, Лиззи от досады покачала головой. «Он всё слышал!» — с ужасом осознала дочь губернатора. Брендан вышел из тени беседки, держа зубами травинку, зажатую между пухлыми губами. Его лицо светилось весельем.
— О господи, — прошептала Лиззи, ощущая головокружение.
Шотландец заметил, как у девушки округлились глаза, и, убрав с лица усмешку, подошёл ближе. Он посмотрел в её глаза, полные слёз. Невероятно юная и нежная, она показалась Брендану совсем ребенком, и он неожиданно для себя смягчился, протягивая ей платок.
— Не печальтесь, дочка губернатора. У него за душой ни гроша.
— Плевать мне на его деньги! — разозлилась она, выхватывая платок из огромной лапы шотландца. Прижав материю, пропитанную крепким табаком, к лицу, она шмыгнула носом, злясь на судьбу. — Все только говорят о деньгах... Папа... Маменька... Подруги... И все люди в форте! Вас всех интересует только деньги!
Недоверчиво прищурившись, шотландец пожал плечами.
— Что же еще должно интересовать молодую леди, ищущую респектабельного мужа?
— Я уже говорила, брак не для всех женщин! Ясно?
— Значит, ухлестывая за красавчиком офицером, вы преследуете иные мотивы?
— Я... Я... Вы ошибаетесь, мистер! Я просто...
— Вы просто млели, как кошка, в его присутствии. Держитесь от него подальше. Это ненадежный мужчина.
— Я знаю, — досадливо буркнула Лиззи, не подумав. — То есть... Это не ваше дело!
— Ладно, ступайте лучше, а то я устал глядеть на ваш красный нос.
Лиззи вдруг ощутила смертельную усталость и неожиданно для себя впервые в жизни не сдержала слез при мужчине. Эмоции хлынули, словно водопад, заставляя девушку трястись от рыданий. Она казалась себе уродливой и неудачной, и бог свидетель, у нее есть повод так думать! Еще ни один мужчина в форте не глядел на нее по-настоящему серьезно! Никто не приглашал ее на танец и не стремился с ней заговорить. Да что уж там, ее словно и не замечали в форте!
— Элизабет Флетчер! — раздался холодный голос жены капитана Хейза за спиной Лиззи. Нахмурив брови, она приблизилась к дочери губернатора, прожигая ее недобрым взглядом. — Потрудитесь объяснить, что вы здесь делаете одна среди ночи? Где ваши родители?!