Генри, сидя в карете, слышал громкие крики шотландцев и раздражающий звук волынок. В душе его всё больше росла неприязнь к браку Юны, но он сумел себя обуздать и даже смог присутствовать на свадьбе любимой женщины с другим. Холодная ладонь коснулась его запястья, и мужчина поднял глаза на миледи Бичворт.
— Нам будет ее не хватать, — с грустью проговорила миледи.
— Первое время, — скучающе произнес маркиз, ревниво глядя на руку жены, которая задержалась на запястье Генри. — А после мы осознаем, что действовали верно.
— Смогу ли я когда-нибудь простить себе такое малодушие? Я даже не смог ее поздравить.
— Ты поступил правильно. Поверь, с тобой она бы жила куда несчастнее, чем с Огилви, — маркиз, ободряюще похлопав друга по плечу, попросил его не грустить.
Всё страшное для Дэвида осталось позади. Он сумел приручить шотландцев, усмирить горделивых аристократов и спасти Генри от глупостей. Укреплялась власть маркиза Бичворта, и в форте наконец наступил желанный мир. Милорд преуспевал в делах и наслаждался семейной жизнью. В тот миг он еще не знал, как скоро всё изменится, ибо где-то в океане уже плыл корабль с французским флагом...
Глава 125
Во дворе для молодоженов накрыли столы, где среди бутылок с крепкими напитками стояли закуски: сыр, фрукты и свежий белый хлеб. Привыкшая к изысканной пище во дворце Юна чувствовала себя неуютно, но она старалась не показывать недовольства своему счастливому супругу, который впервые в жизни обзавелся собственным домом. Миссис Огилви помогала убрать посуду, когда мужчины, одетые в традиционные шотландские юбки, горланили песни, изрядно захмелев после торжества по случаю новоселья. Среди гостей были обычные люди форта, и потому Огилви растерялась, заметив в дверях Мисс Флетчер. Она держала в руках большой поднос с пирогом, покрытый воздушным кремом.
— Лиззи, о господи... Как же ты здесь оказалась?
— А почему, собственно, мне здесь не оказаться, дорогая? — поцеловав новобрачную в щеку, дочка губернатора передала ей сладкое угощение. — Мне очень хотелось посмотреть, как ты устроилась в новом доме. Ты довольна?
— Не знаю, то есть я пока не привыкла, но здесь довольно мило и кухня просторная. В Шотландии мы бы не смогли позволить себе такой огромный дом.
Улыбаясь людям, мисс Флетчер следовала за хозяйкой дома, с любопытством оглядываясь по сторонам. Высокое положение Лиззи в обществе не приветствовало подобную дружбу леди с простыми людьми, но мисс Флетчер никогда не обращала внимания на подобные правила. В отличие от родителей у нее был поистине добрый нрав и сострадательное сердце, и она не разделяла людей по происхождению. Возможно, именно поэтому в ее фонде всегда не хватало средств. Лиззи не брезговала помогать иноверцам и пьяным, за что и полюбилась многим людям форта.
— Глазам не верю! — Брендан, стряхнув юбку, приблизился к девушке в лиловом платье, украшенном цветами у выреза на груди. — Это же мисс Флетчер! И как же судьба занесла вас в наши края?
Сглотнув, Лиззи ощутила волнение под пристальным взглядом мистера Огилви. Рядом с ним она испытывала противоречивые чувства, побеждало из которых всегда желание узнать его ближе.
— Я пришла поздравить Юну и, конечно же, и вас, мистер Огилви! Вы чудесная пара, и я рада, что наш форт разрастается, приобретая все более крепкие семейные ценности!
Взгляд Брендана застыл на пригожем личике Лиззи. Покраснев, она не знала, куда ей спрятать руки, когда растроганная ее визитом Юна пригласила девушку за стол. Уловив момент занятости жены другими делами, мистер Огилви склонился к уху Лиззи и тихо прошептал:
— Спасибо за то, что посетили наш дом. Я искренне рад вашему визиту, — подумав, он добавил: — Всегда рад.
— Благодарю, и я рада... всегда.
Глаза их встретились, и что-то необъятное и светлое расползлось в груди Элизабэт. Она ощущала мощь этого огромного мужчины, и мысль о том, насколько она слабее по сравнению с ним, вызывала у неё головокружение. Вскоре Лиззи заметила мускулистые икры шотландца, обтянутые синими чулками, и у нее перехватило дыхание.
— Мисс Флетчер?!
— Лиззи вздрогнула, и глаза ее заметались по комнате, прежде чем заметить в дверях высокомерное лицо Марии Хейз, чья холодная красота вызывала неприязнь.
— Миссис Хейз, — пискнула Лиззи, приветствуя англичанку, которая с трудом переносила шотландский дух в форте.