— Дэвид! — Офицер крепко ухватился за подлокотник, пристально глядя на маркиза. — Мисс Флетчер хотела говорить насчет фонда! Выслушай ее, прошу!
Лиззи глубоко вздохнула. Она понимала, что у нее больше не будет шанса попасть на прием к маркизу. Отметая в сторону страх, девушка расправила плечи, сжала кулаки и устремила на Бичворта пронзительный взгляд голубых глаз.
— Я знаю, что ничего не значу для вас, милорд! Такие, как вы, не замечают людей, похожих на меня! Мой голос тихий, и поступки незаметные, оттого вы решили, будто в фонде нет моего присутствия! Ваш взгляд на работу слишком поверхностный и... слишком однобокий! Насколько мне известно, фонд был создан для помощи несчастным и бедным людям. Ради них я прошу вас не отдавать фонд в руки Марии Хейз. Эта женщина с холодным сердцем и отнюдь не христианским милосердием отпугнет тех, кто так нуждается в защите. Когда-то Элис предоставила мне шанс помогать тем, кому в жизни не так повезло, как нам с вами. Я вложила в эту работу душу и, возможно, где-то перестаралась... Конечно, я не смею просить вас вернуть мне фонд. Я уже поняла, что вы не меняете принятых решений, но прошу вас пересмотреть свое решение насчет миссис Хейз. Она погубит все мои старания...
Задыхаясь от своей смелости, Лиззи растерянно взглянула на Генри, который, вальяжно сидя в кресле, ободряюще ей улыбнулся.
— В форте не так много желающих руководить фондом, как вам кажется. Благодарю за участие. Ваши слова будут внимательно и с уважением учтены.
— Спасибо, — едва слышно проговорила девушка. Несмотря на строгий вид маркиза, ей удалось сохранить спокойствие и ясно выразить свои мысли.
—Мисс Флетчер, я провожу вас, — деликатно заявил Генри, протягивая Лиззи руку.
Оказавшись в коридоре, девушка приложила ладони к пылающим щекам, отчего Генри рассмеялся.
—Не стоит его так бояться.
— О, Генри, маркиз — крайне трудный в общении человек! Я понимаю, милорд — ваш друг, но его взгляд... Я едва выстояла!
— Очень хорошо, что вы упомянули в разговоре дружбу с Элис. Это должно подействовать. Я крайне расстроен из-за утраты фонда и обещаю вам, что не отступлюсь, пока Дэвид не вынесет справедливое решение в вашу пользу.
— Не отступите… — Лиззи смутилась. — Но почему?
— Все очень просто, мисс Флетчер, я хочу вам помочь. Я внимательно следил за вашей деятельностью и понимаю, что вы достигли значительных успехов и оказали огромную помощь многим людям.
Сотни бабочек проснулись и затрепетали крыльями от радости в душе Лиззи, и она, засияв, смущенно опустила взор. Господи... Генри, офицер Генри Райт следил за ее работой! Уму непостижимо!
— Я полагала, что моя судьба вам совершенно неинтересна, офицер Райт.
— Вы ошибались, мисс, — ответил он с улыбкой, не сводя с нее заинтересованного взгляда.
Генри не лгал, он в самом деле сопереживал ее тяготам. Частично причина его доброго отношения к ней заключалась в том, что она когда-то дружила с Элис. Но была и другая сторона: Райт не замечал в Лиззи ничего плохого или подозрительного, и ему почему-то очень сильно хотелось ей помочь.
Узнав о том, что Флетчер выперли из фонда, мистер Огилви взревел от злости, и первым же его порывом было сжечь дом миссис Хейз. К счастью, Юна сумела уговорить мужа не совершать необдуманный поступок.
— Я ненавижу подлых англичан! Они все должны гореть в аду!
— Воздержись от подобных высказываний!
Брендан рассмеялся, отталкивая Юну от себя.
— Конечно, я не должен обижать твоих близких друзей! Живя здесь, ты забыла родину!
— Мы все ее забыли! Это новый мир, и глупо разделять людей по крови!
— Чертов маркиз загубил свою жену! Ты думаешь, француженка просто так исчезла?! Скоро он приведет в форт новую спутницу, а от этой избавился сразу, как только она перестала его интересовать! И его приятель — не лучше, тоже отборный негодяй!
Рука Юны сама собой коснулась щеки мужа, и она, вскрикнув, отпрянула в сторону, осознав, что сделала.
— Прости, Брендан, я не хотела! Не знаю, что на меня нашло!
— Пошла ты к черту, английская подстилка! Они и тебя выкинули, когда ты им наскучила, а ты по-прежнему их защищаешь!
Хлопнув дверью, рассерженный Огилви покинул их домик недалеко от шотландского поселения, оставляя жену в угнетающем одиночестве. И почему только Юна решила, что брак с ним станет ее спасением? Теперь, когда она познала сладость объятий Генри, она не могла выносить присутствие мужа в доме. Ей не нравились его голос, манеры, вспыльчивый нрав, и она страдала от осознания, что ей никогда не снять с себя эту ношу.
Глава 133
Лежа в кромешной темноте, Юна прислушивалась к размеренному дыханию офицера. Приятная усталость разливалась по телу, вытесняя все мрачные мысли. В его присутствии Юна чувствовала себя легко и свободно, словно жизнь только что начала свой новый, светлый этап.