Увидев его, Элис затрепетала. Немедля поднимаясь с кресла, девушка сделала реверанс перед высоким капитаном, но тот никак не отреагировал на ее приветствие. Пройдя к рукомойнику, Дэвид набрал в ладони холодную воду и промыл воспаленные от усталости глаза. В комнате запахло хвойным мылом и крепким ароматом табака. Стараясь справиться с волнением, француженка села за стол и принялась читать книгу, которую для нее нашел Джон. Сам парнишка читать не умел, но смекнул, что леди скучно, и потому стащил для нее у одного из офицеров потрепанный томик стихов.
Капитан переоделся и жестом пригласил юнгу войти в каюту. В руках у юнги был поднос. Парень улыбнулся Элис и поспешил расставить на столе завтрак для капитана.
— Позови ко мне боцмана.
— Я мигом, кэп!
Стуча башмаками, юнга бросился к двери, пока Элис пыталась занять свои мысли хоть чем-нибудь, чтобы не теряться в присутствии Дэвида. Но прочитанное не укладывалось у нее в голове. Мужчина тем временем, подойдя к столу, налил себе ром, и только тогда его усталый взгляд коснулся лица француженки. Несмотря на старое английское платье, которое выглядело помятым и неопрятным, девушка восхищала красотой. Сегодня она затянула светлые волосы в пучок, перевязав их лентой, сделанной из какого-то обрезка ткани. Лицо, не тронутое макияжем, сияло свежестью и покоем, и на мгновение мысли Дэвида рассеялись, растворяясь в её мягком очаровании.
— Кэп, я здесь! Хотели меня видеть?
Боцман снял шляпу. В присутствии Элис ему теперь становилось не по себе. Он считал девушку заколдованной и верил, что ее появление на корабле в скором времени принесет им всем беду. Ведь такая красота всегда идет от Дьявола и потому не может принести ничего хорошего.
— Компас, проверили воду?
— Спасать надо.
— Скажи коку, пусть добавит в воду уксус.
— Только на кухне?
— Да. Я распорядился, чтобы в грузовом трюме в бочки с водой уже добавили ром.
— Дождя бы, кэп!
— Согласен, но я погоде не указ. Ступай.
Поклонившись, мужчина вышел, спеша выполнить приказ капитана. Тем временем Элис сидела, едва дыша. Присутствие Дэвида словно уменьшало размеры каюты и лишало девушку воздуха. Усевшись за стол напротив нее, Бичворт принялся за свой остывший завтрак.
— Ты уже поела?
— Да, месье.
— Не тошнит еще от солонины? Я бы не отказался от куска свежего мяса.
— Я благодарна и за такую незамысловатую пищу.
Бичворт усмехнулся; откусывая вяленое мясо, он старался не глядеть на Элис. Ясно как день: находиться с ней в одной каюте — опасно. Рано или поздно он не сможет устоять перед зовом плоти, и тогда... Черт! Дэвид разозлился на свои мысли, из-за которых упустил, о чем щебечет Элис.
— Повтори, я тебя не слушал.
Девушка смутилась, и щеки ее вспыхнули алым цветом. Честное слово, к его прямолинейности невозможно привыкнуть!
— Я спросила о проблемах с водой. Вы предложили добавить в нее уксус. Будет ли такая вода пригодна для питья?
— Выбора нет.
— Да... понимаю.
Изумрудные глаза не отрывались от лица капитана. «Как необычно следить за тем, как мужчина ест; каждое его движение завораживает», — размышляла девушка, получая удовольствие от присутствия капитана в каюте.
— Вы выглядите усталым, капитан, — выпалила Элис и тут же поспешила отвести взор, чтобы он не прочитал в ее глазах смущения. — Я хотела сказать, вам нужен отдых и...
Окончательно поддаваясь стыду, Элис глубоко задышала. Пышная грудь натянула лиф платья, и в комнате вдруг стало невыносимо жарко. Элис нервно облизала губы и почувствовала, как земля уходит из-под ног. Что за глупости она говорит? Какое ей вообще дело до того, как он выглядит? Пробормотав извинения, Элис поднялась из-за стола и принялась складывать грязную посуду на поднос.
Губы Дэвида растянулись в хищной улыбке. Он уловил волнение в ее голосе, и приятное тепло разлилось в его крови, распаляя желание к французской девке. Вновь мужская природа брала верх над разумом. Взглянув на него, она тяжело задышала, и блюдце выскользнуло из ее рук, разбившись вдребезги у босых ног Элис. Испугавшись, она отскочила в сторону и вскрикнула, когда один из осколков поранил ее ногу. В каюте она почти всегда ходила босая, изредка надевая свои неудобные свадебные туфли.
— Поранилась?