— Это была она... Я не могла ошибиться.
— Да, Лиззи, — мужчина вздохнул. — Прости.
— Я узнала ее еще в коридоре, но она так быстро промчалась мимо, что показалась мне призраком. Как же так... Господи! Я ничего не понимаю, — Лиззи прижала ладони к пылающим щекам. — Ее ведь похоронили в форте.
— Говори тише, любимая. Её могила пуста. Я должен был признаться тебе раньше, но эта тайна не принадлежала мне, и поэтому всё получилось так неловко.
— Маркиз знает об этом? Он был так несчастен...
— Я всё расскажу тебе, но позже. Здесь слишком много людей.
Облизав пересохшие губы, Лиззи согласилась и позволила мужу вывести её на улицу. Вечера стояли уже довольно прохладные, и потому слуги, желая угодить господам, старались скорее проводить их к ожидающему экипажу. Райт не стал рисковать безопасностью жены и уселся в карету Бичворта. За всё время пути они с Лиззи не обменялись ни единым словом, и маркиз ощутил, что происходит нечто неладное.
Утром миссис Райт проснулась раньше мужа и попросила служанку помочь выбрать платье для встречи с мадам де Креки. Генри не желал вовлекать жену в это сложное дело, но не смог отказать ей, увидев мольбу в её глазах. Чувствуя вину за то, что долго скрывал от Лиззи правду, капитан рассказал ей о неудачном браке Бичворта. Доброта Лиззи не позволила ей осудить мужа; ей не терпелось скорее увидеться с Элис и узнать о её непростой судьбе. Элис всегда была частью её души, и она необычайно обрадовалась возвращению француженки в свою жизнь. Плотно позавтракав, капитан, взяв экипаж Бичворта, сообщил ему о намерении отправиться с женой на прогулку. Маркиз, конечно, не возражал против того, чтобы друзья пользовались его привилегиями, и, ничего не подозревая, отпустил их развлекаться.
Особняк де Креки находился почти в центре Парижа, окружённый аллеей тополей. К концу сентября деревья сбросили большую часть листвы, которая теперь покрывала плитку у дома плотным ковром. Услышав приближение кареты, Ален нахмурился. Их дом редко видел гостей, поэтому он был весьма удивлён, когда Бринна, подбежав к забору, с ожиданием посмотрела на приближающийся чёрный экипаж.
— Иди в дом, — строго проговорил брат, предчувствуя недоброе.
Бринна, заметив незнакомцев, с досадой вздохнула. Она надеялась встретить маркиза Бичворта, однако, к её огорчению, он перестал навещать семью де Креки. Плетясь следом за братом в дом, она вошла через чёрный вход и оказалась на просторной кухне, где в котле варились овощи для обеда. Обходя тучную повариху, девочка хотела было выскользнуть в коридор, но брат, схватив её за руку, удержал Бринну на месте.
— Стой. Мама запрещает нам выходить к людям без приглашения.
— Они меня не заметят, — пообещала Бринна, но брат ещё крепче сжал её руку.
— Не нужно, Бри. Не хочу, чтобы тебе снова досталось от барона за подглядывание.
Тихий разговор детей заставил Трею встревожиться. Она поспешила увести их наверх, опасаясь, что их проделки могут отвлечь мадам от приёма гостей. В это же время в гостиной особняка Элис и Лиззи долго не могли разомкнуть крепких объятий, глотая слёзы счастья.
— Это чудо, Лис! — восторженно проговорила англичанка, отстраняясь от подруги. — Я не могу поверить в то, что снова вижу тебя живой!
Смущаясь и одновременно радуясь встрече, Элис обняла капитана, который не меньше жены радовался её воскрешению в их жизни. Голоса смешались, и вскоре мадам де Креки распорядилась подать к столу чай, который в доме французов предпочитали редко.
— Генри рассказал мне о том, что у тебя есть дети. Ты познакомишь нас? — Лиззи с надеждой взглянула на подругу, отчего мадам нервно поправила складки на юбке домашнего платья.
— Лиззи, дорогая, это не очень уместный вопрос, — пришёл на помощь Генри, видя замешательство француженки.
— Прости, я всё время забываю, что прошло слишком много времени и наша дружба, возможно, утратила доверие.
— Нет-нет, — Элис замотала головой. — Я просто не привыкла говорить с кем-то, кто так хорошо меня знает. Не обижайся, Лиззи, я обязательно представлю вас своим... У меня двойняшки!
Лиззи восторженно вскрикнула, а Генри поразился, как это у старика нашлось столько сил, чтобы хорошенько потрудиться над женой в постели.
— Двойняшки? Элис, ты ведь благословлена Богом! Я теперь ещё больше хочу с ними познакомиться! Они, наверное, настоящие ангелочки и очень похожи на свою мамочку?
— Нет, — мадам с трудом проглотила выпитый чай. — Они очень похожи на отца...
— Это проблематично, — Генри вдруг осознал, почему Элис прячет детей. Вероятно, они так же безобразны, как и старик де Креки.