— Дэвид… Ах, Дэвид! — бессвязно бормотала француженка, позволяя ему бесстыдно обращаться со своим телом.
Сняв платье с груди Элис, мужчина на мгновение остановился и нежно провёл рукой по её белоснежной коже.
— Грудь стала больше, — прошептал он, когда его губы едва коснулись светло-розового соска.
Холодный воздух кареты смешивался с горячим дыханием милорда, сводя женщину с ума.
— После рождения детей грудь стала больше, — невнятно проговорила Элис. В ту же секунду её глаза расширились — она осознала, что сказала. Женщина испугалась, что упоминание о детях остудит его пыл, но Дэвид лишь ещё интенсивнее принялся ласкать её грудь, погружая её в сладкую истому.
В следующий миг тела любовников тесно переплелись. Дэвид навалился на Элис, прижимая её к сиденью кареты. Задрав пышную юбку, он провёл ладонью по её ногам.
— Не здесь, — взмолилась Элис, осознавая всю свою безнравственность.
— Я так долго тебя ждал, — проговорил он, непроизвольно проводя языком по шее француженки. — Бесконечно долго, подружка.
В темноте их глаза, сверкающие от страсти, встретились, и, словно под гипнозом, они снова слились в поцелуе, лаская друг друга языками и издавая порочные влажные звуки. Их эмоции невозможно было передать словами: столь сильная страсть сбивала с толку, заставляя полностью отдаваться друг другу. У Элис кружилась голова, и она не сразу поняла, что Дэвид привёз её в Версаль. Накинув на её голову объёмный капюшон, он старался защитить любовницу от посторонних взглядов. Мужчина не желал ей навредить, но и сдерживать своё желание больше не мог.
Время словно остановилось. Погружённая в мысли о Бичворте, Элис незаметно для себя оказалась в его личных покоях. Просторная комната была погружена в полумрак, лишь мягкий свет от камина едва освещал углы, создавая уютную атмосферу в обители маркиза. Скинув туфли, Элис позволила Дэвиду снять с неё всю одежду. Обнажённая, она дрожала, когда мужчина обнял её сзади и нежно коснулся рукой её уже мокрого лона. Тяжёлое дыхание маркиза смешалось с тихими стонами Элис, когда его пальцы осторожно раздвинули нежные лепестки и проникли внутрь. Впившись ногтями в его руку, женщина всхлипнула от чувственных ласк, мечтая как можно скорее испытать наивысшее блаженство.
— Я умираю… — томно проговорила Элис, когда он ввёл в неё два пальца и увеличил темп, надавливая на крохотный бугорок клитора. Улыбнувшись, Дэвид распалял её желание, прикасаясь губами к шее.
— Ты такая же сладкая, как и раньше, — проведя языком по её шее, маркиз осторожно прикусил тонкую кожу, окончательно сбивая дыхание Элис. — Подари мне покой, подружка.
Осознание, что она снова в его руках, пьянило. Он стремился как можно дольше продлить эту волшебную встречу. Элис повернулась к нему лицом, быстро поцеловала в губы и одновременно сняла с его плеч камзол. Ей необходимо было почувствовать тепло его кожи, прикоснуться к нему и полностью отдаться своим чувствам, сгорая от любви.
— Ты нужен мне, — произнесла она, позволяя Дэвиду увлечь себя в постель.
Навалившись на неё, маркиз покрывал её тело поцелуями, одновременно сбрасывая с себя остатки одежды. Им казалось, что они оказались на воздушных облаках, где не существовало ничего, кроме их желания и нестерпимой тяги друг к другу. Устроившись между её ног, Дэвид сжал ладонями её грудь, наслаждаясь теплом и мягкостью тела. Эта женщина вызывала в нём гораздо более сильные эмоции, чем все остальные, и её страсть усиливала каждое его движение. Её присутствие меняло всё вокруг: даже воздух становился волшебным и наполнялся счастьем.
Закинув ноги Элис себе на плечи, Дэвид грубо схватил её за бёдра. И в тот момент, когда их взгляды встретились, твёрдый член маркиза глубоко проник в её лоно, рождая вспышки острого наслаждения.
Элис вздрогнула и судорожно схватилась за простыни. Её тело сотрясала крупная дрожь, пока член маркиза продолжал мощные размеренные движения. Она давно не испытывала подобного удовольствия. Узел наслаждения внутри натянулся до предела, заставляя женщину громко вскрикнуть. В уголках изумрудных глаз заблестели слёзы. Не желая, чтобы маркиз их заметил, она отвернулась к стене. В этот момент она отдавалась ему не только телом, но и душой. Он по-прежнему оставался её единственным мужчиной — тем, кто умел полностью подчинять её своим желаниям. Только с ним она ощущала настоящее счастье, полностью растворяясь в их близости. Она чувствовала его каждой клеточкой и дрожала от восторга.
Дэвид, зарычав, крепко схватил Элис за подбородок, вынуждая её смотреть прямо в глаза, пока его тело продолжало ритмичные движения внутри неё. Понимая его желания, Элис больше не осмелилась отвести взгляд, растворяясь в его холодных серых глазах. Вскоре, прижав Элис своим телом к постели, маркиз сменил положение, и теперь его лицо оказалось возле её щеки. Дыхание Дэвида ласкало кожу, пока она обнимала его за широкие плечи, желая стать с ним единым целым. Комната перед глазами Дэвида закружилась, и, укусив француженку за плечо, он излился в её тесное лоно, сгорая от удовольствия в порыве страсти. Покой и безмятежность, словно одеяло, накрыли Элис, когда она, улыбаясь, почувствовала, как расслабилось его напряжённое тело в её объятиях. Она поцеловала маркиза в щеку и не смела пошевелиться, позволяя ему прийти в себя после бурного проявления страсти.