— Маркиз вызвал недовольство у барона.
— Бринна, молчи! — брат наградил ее строгим взглядом. — Нельзя говорить о людях дурное в их присутствии!
— А за спиной можно? — поинтересовалась Бринна, всхлипывая.
Ален бросил взгляд на маркиза и не мог понять, почему тот усмехнулся. Вздохнув, мальчик не нашел, что ответить своей взбалмошной сестрице, и решил, что будет лучше промолчать. Приглашая мужчину в гостиную, он вежливо поинтересовался, подражая взрослым, не желает ли милорд чего-нибудь выпить, и Дэвид был поражён его зрелостью и разумностью речи в столь юном возрасте. Кажется, воспитанием Алена занимались намного больше и серьезнее, нежели Бринной. С лица дети были невероятно похожи, но характер их значительно отличался.
— Он не хочет пить, — ответила за маркиза Бринна, снова вгоняя брата в краску.
— Я действительно ничего не хочу, спасибо, — отозвался милорд, не спуская взгляда с детей, чья судьба начала волновать его разум.
— У нас есть свежие печенье. Позвольте приказать слугам принести угощение в гостиную?
— Не станет он есть наше печенье, Ален. Он ведь маркиз!
— По-твоему, маркизы не едят печенье? — недовольно буркнул мальчик. — Милорд Бичворт, вы ведь едите печенье?
— Я не сказала, что он их никогда не ест! Ален, ты просто болван!
— Прекрати демонстрировать бескультурье!
Споря, дети позабыли о маркизе, который не успевал переводить взгляд с одного яростного ребенка на другого. Тяжело дыша, они в конечном итоге разошлись в разные углы, и маркиз окончательно растерялся, не зная, как ему следует себя вести. Наконец пришло спасение, и мадам Де Креки появилась в комнате. Бринна первая бросилась к ней в объятия, крепко обнимая мать за шею. Следом подбежал Ален, готовясь поговорить с матерью. Женщина встала на колени и с трепетом обняла детей.
— Где ты была? — бросила дочка с упрёком. — Филипп грозился выкинуть нас из дома, как щенков!
— Не нас, а тебя, Бринна, из-за того, что ты не спала. И будь вежливее ведь дядя нас любит, — добавил Ален, доверчиво прижимаясь к груди Элис.
Наблюдая за ними, Дэвид мысленно признал, что двойняшки очень привязаны к француженке, и, видимо, его мнение о ней как о бесчувственной матери оказалось ошибочным.
— Простите меня, милые, я поступила ужасно безрассудно, — Элис подняла глаза на маркиза. — С каретой приключилась беда, но мне следовало отправить домой записку.
— Конечно! Я бы приехал тебя спасти, — Ален улыбнулся матери. — Мы очень беспокоились о тебе.
— Что случилось с твоей каретой и почему ты не прислала слуг домой, чтобы они привели подмогу?
Элис смутилась и покраснела от вопроса дочери. Бринна оказалась куда менее доверчивой, нежели ее брат.
— Я находилась слишком далеко от дома.
Девочка пыталась понять, что ее настораживает в словах матери, и наконец она осознала. От мамы не исходил привычный запах табака и алкоголя, как бывало после очередного бала. Глаза их встретились, и Элис постаралась улыбнуться дочери.
— Хорошо, — проговорила Бринна, отстраняясь. Ей не понравилась ложь, но она не стала задавать лишних вопросов при постороннем человеке.
Элис почувствовала, как дрожат ее руки. Они впервые собрались все вместе, и от понимания этого у нее громко колотилось сердце.
— Дети, вы уже познакомились с маркизом?
— Да, — ответила Бринна, переводя взгляд на мужчину.
— Он не любит печенье, — проговорил Ален, пожимая плечами. — И отказался от напитков.
— Похоже, милорд не голоден, но ничего, мы угостим его печеньем в другой раз.
Бичворт, устроившись на софе, не сводил с них глаз, запечатлевая в своей памяти драгоценный образ, который навсегда останется с ним. Они все трое невольно взглянули в серые глаза маркиза, и Элис, поднявшись с колен, взяла детей за руки.
— Знакомьтесь, милорд, это мои дети. Ален и Бринна Де Креки.
— Чудесные дети, — проговорил он севшим от волнения голосом, и на лице Элис появилась едва заметная улыбка, хотя в глазах по-прежнему читался упрек за то, что он силой прижал ее к стене и вынудил рассказать правду.
Бринна, едва услышав слова маркиза, потупила взгляд в пол. Обычно такие слова говорили о её брате, но её они никогда не касались, и девочка не могла разобраться в своих эмоциях. Ощущая растущее напряжение в груди, маркиз уже тогда предвидел, что французкая бестия больше никогда не уйдет из его жизни, ибо отныне они связаны кровью своих детей.
Всем привет, дорогие.❤️Немного с опозданием загружаю визуал Элизабэт Флетчер или миссис Райт:)
Глава 154