Улыбаясь, Дэвид устроился между ее ног и, подхватив с подноса кусок вяленого мяса, отправил его в рот.
— Да? А мой учитель как раз такому нас обучал!
Француженка снова звонко рассмеялась, ударяя капитана по плечу. Он вел себя вызывающе, но Элис нравились его манеры... Не теряя времени, Дэвид поднес ложку к губам Элис, предлагая ей суп из сушеных овощей. Обхватив руками плечи Дэвида, она позволила себя накормить, и в этот момент девушка чувствовала себя самой счастливой на свете. Ночное небо освещало каюту капитана, где два силуэта, обнявшись, наслаждались присутствием друг друга и разделили пищу на двоих. Ни он, ни она не стыдились наготы и громкого смеха... Всё вокруг них казалось в тот миг волшебным и необъяснимо чарующим, и звёзды завидовали им, наблюдая за их земной страстью через окно. Отпив холодный кофе, Дэвид поднес чашку к губам Элис, и она затрепетала. Пить из одной посуды показалось ей невероятно интимным и привлекательным.
— Наелась? — капитан щёлкнул девушку по носу. Он всё ещё был между её разведённых ног, и его тело вновь наполнялось желанием.
— Да, Дэвид. — Прижавшись лицом к его щеке, она прошептала: — Ты такой красивый...
Рассмеявшись, он стащил девушку со стола и отнёс в постель.
— Ты точно кофе пила, а не ром?
— Ты действительно красивый. Хотя обычно англичане рыжие и тощие, но ты не такой.
Устраиваясь рядом с ней, Дэвид прижал девушку к себе, обнимая её за талию.
— Твои знания об англичанах очень скудные.
— Не обижайся, но я вас недолюбливаю. Из-за битвы при Кастильоне.
— О, ты была там? — Дэвид поднял бровь, и девушка зашипела.
— Не издевайся, она была... очень давно!
— В тысяча четыреста пятьдесят третьем году, — добавил мужчина, лаская рукой её спину.
— Точно! Рада, что ты разбираешься в истории.
— И чем тебе не угодила эта битва?
— Тогда ваши войска вторглись в имение моих предков, и один из офицеров украл их дочь, — Элис погрустнела. — Они её больше никогда не видели и очень тосковали. О её судьбе совсем ничего неизвестно. В нашей семье к англичанам относятся плохо.
— Злопамятная у вас семейка... Больше двухсот лет об этом помните.
— Не знаю, зачем я об этом сейчас говорю. Просто я рада, что ты красивый англичанин.
— Я к французам тоже плохо отношусь. Все вы манерные и скользкие, как и ваш король.
— Не говори так! — Элис приподнялась на локтях и серьёзно взглянула на капитана. — Ты же не знаешь короля лично, как можешь судить?
— Перед отплытием я посещал Версаль.
Глаза Элис расширились от восторга. Версаль... она так много о нём слышала, так мечтала...
— Поклянись! — попросила девушка, сжимая руку Дэвида. — Ты действительно там был? Но зачем нашему королю беседовать с никому не известным английским капитаном?
Бичворт расхохотался её наивности. Он совсем позабыл о том, что они толком и не знакомы.
— Я маркиз, Элис, и в Индию направляюсь по поручению Её Величества королевы.
— Маркиз? — Француженка побледнела, но Дэвид не смог этого разглядеть из-за темноты. Отстранившись, она уселась на кровати, и взгляд её растерянно блуждал по каюте. — Маркиз... Какое несчастье.
— А титул-то мой чем тебе не угодил? — усмехнулся капитан, в то время как Элис лихорадочно обдумывала, как ей взять себя в руки.
— Прости, я что-то устала.
— Иди ко мне, моя французская подружка.
Дэвид широко раскинул руки, приглашая её устроиться на своей груди. Закрыв веки, Элис ощутила глубокое разочарование. Все волшебство, заключённое в стенах каюты, мгновенно рассеялось, когда она узнала, что ей больше не стоит мечтать о будущем с Бичвортом. «Маркиз никогда не женится на дочери барона. Тем более на французской дочери барона...» — с болью в сердце заключила девушка, и в уголках её изумрудных глаз заблестели слёзы.
Глава 25
Следующее утро капитан встретил с улыбкой на губах. Впервые за долгое время у него не болела голова, и его радовало утреннее солнце. Быстро расправившись с завтраком, он вышел на палубу, оставив спящую Элис в постели. Прошлой ночью она сильно устала, и потому Дэвид распорядился, чтобы никто не заходил в его каюту, даже юнга. Приказав одноглазому Сью охранять дверь, капитан направился в грузовой трюм проверять запасы воды. Нервничая, боцман почесал затылок. Без приказа капитана он так и не решился избавиться от тухлой воды.
— Выливай к чертям, она непригодна, — капитан нахмурился. — Странно, что ты сам до этого не додумался.
— Так я это... без вашего ведома и чихать-то боюсь!
Капитан улыбнулся, направляясь после трюма в каюту офицеров. Здесь пахло потом и ромом, и Дэвид с трудом устоял перед желанием прикрыть рукой нос. Заметив на полу жирные пятна, мужчина хлопнул ладонью по стене. Офицеры притихли, спеша подняться на ноги со своих рундуков.