— Кэп, разрешите обратиться?
Элис, погруженная в чтение нового сборника стихов, который Джон неизвестно откуда стащил специально для нее, навострила слух.
— Разрешаю, — пробормотал Дэвид, поглядывая на острое лезвие в руках помощника врача. Если этот кретин вновь заговорит об Элис и своих глупых опасениях, он вонзит ему бритву прямиком в глотку.
— Я по поводу Райта.
Вздохнув, капитан расслабился, позволяя помощнику прикоснуться к своему лицу.
— Он худо выглядит, а проверяться отказывается! Нехорошо так. Вдруг хворь какая, и мы все сляжем!
Искоса взглянув на капитана, Уильямс заткнулся. Бичворт молчал, и он не стал ему досаждать разговорами. Главное, он уже сообщил, а там уж пусть кэп сам со всем разбирается. Элис, прикусив губу, вернулась к чтению. Правда, собственные мысли никак не позволяли ей сосредоточиться на прочитанном.
— Позови ко мне Генри, — распорядился капитан, когда помощник, закончив бритье, складывал латунную чашу в свой ларец.
— Слушаюсь, кэп!
Мистер Уильямс сразу стал выглядеть бодрее, довольный тем, что Бичворт к нему прислушался. Еще бы: от девки капитан избавился, и всё встало бы на свои места. Оставшись наедине, Элис подошла к капитану и, обняв его сзади, провела ладонью по гладким, выбритым щекам мужчины.
— Ты самый красивый человек в мире, — с улыбкой прошептала девушка, и Бичворт рассмеялся.
— Не льсти мне, подружка.
— Я говорю правду.
Поцеловав Дэвида в щеку, она отошла от него, позволяя мужчине заниматься работой. Открыв книгу финансов, капитан нахмурился, пытаясь разобрать кривой почерк Алфи.
— Звал?
Генри ввалился в каюту, стараясь не обращать внимания на мисс Элис. Они давно не виделись. Бичворт дал доходчиво понять, что ему не нравится их общение, поэтому Генри больше не навязывался Элис, и, судя по её реакции, капитан и ей хорошенько промыл мозги. Усевшись на постель, она уткнулась в книгу, стараясь не замечать Райта. Оторвав глаза от записей, Дэвид взглянул на друга, осматривая его с ног до головы.
— Уильямсу твоя рожа не нравится. Сходи-ка покажись врачу.
— Чего? — Генри покраснел, злясь, что друг заговорил об этом при девушке. — Вот же кретин! Я надеру ему задницу!
— Просто сходи к врачу. Все проверяются, ты не лучше других.
— Да я здоров! Просто осточертело это гребаное путешествие и твоя идиотская опека!
— Отлично, — Дэвид улыбнулся. — Так и скажи врачу. Но жаль, он никак не сможет проверить твои мозги.
Элис, с трудом сдерживая смех, закрыла лицо книгой, веселясь от нелепой ситуации. Пыхтя от злости, Райт покинул каюту капитана. Дэвид нарочно выставил его идиотом перед француженкой! Черт! Неужели нельзя было обсудить его здоровье без свидетелей?
Только закрылась дверь, как Элис не выдержала и, смеясь, рухнула на кровать, заливаясь громким хохотом.
— Теперь мне ясно, почему он называет тебя папочкой. Ты его просто доконал.
— С этим болваном по-другому никак. Он никогда сам о себе не позаботится.
С красными от смеха щеками Элис взглянула на капитана, и в голове её промелькнуло, что Дэвид — лучшее, что произошло с Генри в его жизни. Такие внимательные друзья попадаются нечасто, но она не осмелилась озвучить это вслух.
Глава 39
Расчесывая спутанные волосы, Элис злилась. У капитана прижилась дурная привычка накручивать её локоны на палец, поворачивая их в разные стороны. Придирчиво осмотрев себя в зеркале, девушка тяжело вздохнула: ничего не поможет! Отодвинув зеркало, Элис собрала незамысловатый пучок на затылке, закрепив его лентой в тон красному платью. Одна часть француженки готова была выть от долгого путешествия и лишений на корабле, в то время как другая часть её души ликовала. В других обстоятельствах она бы никогда не познакомилась с капитаном Бичвортом... Вздрогнув, Элис взглянула на того, о ком думала. Капитан с шумом вошел в каюту и стремительно направился к умывальнику. Он старался как можно скорее смыть с себя кровь. Спешно поднимаясь, Элис приблизилась к капитану, и в её глазах загорелся ужас, когда она заметила разбитые костяшки его рук.
— Господь...
Глаза девушки придирчиво осматривали облик мужчины, подмечая капли крови на его белоснежной рубашке. Их взгляды встретились, и капитан жестко произнес:
— Только не начинай допрос!
— Я даже не думала об этом, — Элис сказала неправду. В голове у неё уже кружила уйма вопросов.
— Сядь на постель, подальше от света, и прикрой лицо книгой.
— Тебе больно, Дэвид?
— Ты слышала, что я сказал?!
— Да.
Девушка сглотнула и, дрожа от страха, села на постель. Она изо всех сил пыталась удержать книгу перед лицом, как велел ей Бичворт. Каюту наполнила тяжелая, скверная энергетика Бичворта, который, расположившись за столом, затянулся табаком. В дверь постучали, и Элис зажала свободной рукой рот, чтобы не выдать своего волнения. В каюту вошли Компас, офицер Райт и еще несколько незнакомых девушке мужчин. Все они были чрезвычайно взволнованы. Последним вошел одноглазый Сью; окинув её быстрым взглядом, он ввел за собой провинившегося мужчину, чья окровавленная кожа висела точно лохмотья. Упав на колени, тот дрожал в предсмертных муках... На парусных флотах того времени существовали одни из самых жестких наказаний, которые применяли для поддержания воинской дисциплины. И только что этот окровавленный мужчина прошел через ужасные муки. Капитан избил его специальной плетью с несколькими хвостами, которую моряки шутливо называли «кошкой». У несчастного уже не было сил стоять на ногах, но ему не позволяли умереть.