— Но она же француженка! — Пегги покраснела. — Зачем маркизу чужеземка? Неужели в Англии мало достойных девиц?
— Дорогая, маркиз сам решает, на ком ему жениться. Хотя его выбор и меня немало удивил. Представьте только: они поженились на корабле! Девушка якобы попала в кораблекрушение и лишь одна выжила из всего экипажа. Маркиз спас её и женился на ней... Мой муж выдавал им брачное свидетельство.
Мария тяжело задышала. Новость о том, что Бичворт состоит в браке, потрясла женщину до глубины души. Она пыталась убедить себя в том, что ей должна быть безразлична личная жизнь маркиза, но всё же сердце её ощутило укол ревности. Образ загадочной француженки прочно засел в голове Марии Хейз. Теперь она будет думать о ней часто и много... слишком много.
Элис раздраженно отшвырнула стул в сторону, и в изумрудных глазах француженки загорелся лесной пожар, который очень забавлял её мужа. Маркиз рассмеялся, когда Элис, пройдя, едва не упала, запутавшись в пышной юбке платья.
— Тебе весело? Я страдаю, а тебе весело?
— Нет, любовь моя, я едва не плачу.
— Не издевайся! Посмотри на меня! Господи...
Не выдержав, Бичворт расхохотался, когда несчастная Элис принялась сдирать ярких птичек, выглядывающих из её лифа. Недавно миледи доставили новый гардероб, который для нее с особой тщательностью разрабатывала миссис Уотсон.
— Птицы... Дэвид, они пришиты намертво. Какое безобразие! Но это ещё не всё!
Подойдя к изящному голубому креслу, Элис взяла в руки красное платье, и на глазах её заблестели слёзы. Сидя за столом и скрестив руки на груди, Дэвид глядел на свою расстроенную жену, не понимая причины ее переживаний.
— Здесь бабочки! Она украсила мой лиф бабочками! Такое красивое платье со шлейфом из шёлка, и украшено оно бабочками! Ну ты взгляни! Я никогда не выйду в таком наряде из дома!
— Что не так с бабочками, милая?
— Ты не видишь? Они чуть ли не до горла пришиты к лифу!
— Разве это плохо?
— Да! Платье испорчено! Глубокий вырез закрыт этим безобразием!
Дэвид прищурился, обращая внимание на искусную отделку богатых нарядов. Изголодавшись по привычной жизни, его молодая жена пожелала создать себе новый гардероб, и муж ничего не имел против её желаний. Недавно в их дом доставили коробки со шляпами, платьями и туфлями для маркизы, и радостная Элис тотчас направилась в спальню примерять обновки. Но уже вскоре послышалась брань маркизы, и Дэвид, оставив дела в своем кабинете, поднялся в спальню, пытаясь выяснить, в чем причина гнева Элис.
— Какая эта миссис Уотсон гадина! У меня нет слов! Она испортила все мои наряды!
— Ты хотела платья без... — не зная, как правильно выразиться, Дэвид провел руками в воздухе. — Без таких украшений? Тебе не нравится отделка?
— Отделка не должна перекрывать концепцию наряда. Посмотри сам!
Стоя посреди комнаты, Элис с трудом затолкала птиц с цветными перьями в лиф платья и взглянула на мужа, который тотчас уставился на глубокий вырез декольте.
— Видишь? Можно украсить платье, но вырез должен акцентировать внимание на…
— На твоей груди? — Дэвид угрожающе нахмурился. — То есть ты злишься из-за того, что портниха попыталась сделать твои вызывающие наряды более добродетельными?
— Да! — Элис сжала ладони в кулаки, и губы ее вновь задрожали. — Я не стану носить такие уродливые платья! Ах, как жаль, что я не умею шить! Нужно будет поискать новую портниху.
— Не нужно никого искать. Я рад, что миссис Уотсон проявила благоразумие и не подчинилась твоим бредовым идеям.
— Что ты сказал? — Теперь взгляд изумрудных глаз почернел, но Дэвид уже не забавлялся. Напротив, мужчина стал выглядеть серьезным и, передернув плечами, приготовился спорить с женой.
— Запомни: моя жена никогда не будет выходить в общество с голой грудью. Так что забудь о своих фантазиях. Ты будешь носить то, что для тебя подготовила портниха. Разговор окончен.
Не веря своим ушам, Элис покраснела от злости. Нет, это уж слишком!
— Я всегда следую моде. Запомни, — прошипела Элис, подражая мужу, — я не стану одеваться как английская простушка.
— Ты не слышала, что я сказал? Ты не на балу в Париже! Я и так смущен яркостью и броскостью твоего выбора. Не было цветов поскромнее?
— Дэвид! Умоляю, скажи, что ты шутишь? Иначе мы поругаемся! Я никогда не стану носить это птичье гнездо на своей груди!
— У тебя пышная грудь; если наденешь корсет, она буквально будет вываливаться! Тебе нужно это скрывать от посторонних глаз, и потому миссис Уотсон поступила правильно. Я выпишу ей щедрое вознаграждение и приставлю ее следить за твоим гардеробом.