- Здравствуйте, вы дозвонились Екатерине Эксайтовой! - провозгласил в динамике бодрый женский сопрано. - Если вы из отдела логистики, нажмите один. Если вы из бухгалтерии, нажмите два. Если вы мой бывший Саша, идите нахер. Если вы по поводу кредита, который я не собираюсь возвращать, нажмите три. Если вы...
- Кати...
Бодрый сопрано резко оборвал свою отрепетированную речь.
- Это что за Серая Шейка так жалобно зовет меня издалека? - спросила подруга.
- Кати, это я, Алёна, - проскрипела она. - Кати, я умираю...
- Девочка моя, сегодня воскресенье, - тепло произнесла Кати. - Сегодня все умирают.
- Но я умираю хуже всех, - ответила она. - Я умираю некрасиво.
- Ты где, солнце? - спросила Кати. - Я подъеду.
Кати появилась через полчаса. В окно второго этажа Алёна видела, как розовый Кайенн сначала попытался приткнуться на парковку среди всех остальных машин, но после серии неудачных попыток закатился прямо на террасу.
Кати вошла в обеденный зал, сопровождаемая дробью каблуков по паркету и шлейфом аромата Кензо. Жгучая зимняя брюнетка, с длинными непослушными локонами, и столь же длинными ресницами, ростом 175 - обычно мужчины оборачивались ей вслед и с чувством, проникновенно восклицали:
"Вот это кобыла!"
- Здравствуй, Терпсихора моя! - поприветствовала Кати подругу.
На Алёну было жалко смотреть. Укладка ночь не пережила - на голове находилось нечто, больше напоминающее бело-серое гнездо аиста после урагана, которое попытались причесать трясущимися руками. Корректора в сумочке не нашлось, и теперь Алёна щеголяла шикарными кругами под глазами. На коленочках красовались небольшие, довольно аккуратные ссадины.
Алёна попыталась встать, чтобы поцеловать подругу в щёчку, но ножка подкосилась, и она чуть не упала отекшим с похмелья лицом в четвертую по счету чашку кофе.
- А ночка удалась! - заметила Кати, села напротив, сложила на сиденье сумочку с последним айфоном. - Рассказывай!
- Нет, - выдохнула Алёна. - Это ты мне рассказывай.
- То есть как? - Кати удивилась, впрочем удивление было разбавлено изрядной дозой сарказма. - Вообще? Нет?
Алёна отрицательно помотала головой.
- Понимаешь...
Кати внимательно слушала ее рассказ о чудесном и удивительном утреннем пробуждении. Нервно теребила пальчиками пачку голубого "гламура", явно желая поскорее закурить.
- Детка, подожди, я не успеваю, - сказала она наконец, и положила на стол брелок от автомобиля, сигареты и зажигалку. - То есть ты проснулась с бодуна, в квартире какого-то мужика, и сбежала постыдно. Перед этим наблевав полунитаза. Я все правильно поняла?
Не в силах говорить, Алёна кивнула.
- Ужас какой, - выдохнула Кати. - Да откуда же я знаю, с кем ты вчера уехала? Мы приехали, выпили по дайкири, потом по лонг-айленду, потом еще и еще. Потом танцевали. Потом за мной приехал Антон, ну ты знаешь. А тебя уже к тому моменту с нами не было, я даже не заметила как ты исчезла.
Алёна выдохнула, ссутулилась и обхватила пальчиками чашечку кофе.
- Кто же этот удачливый самец, выхвативший в ночи такую шикарную бабочку... - Кати задумчиво барабанила ноготками по столу. - Ладно, повезем тебя домой. Это лучшее, что сейчас может с тобой приключиться.
И тут в сумочке запиликал айфон. Кати бросила сумку на стол, расстегнула, вытряхнула половину содержимого, извлекла трубку и ответила на вызов.
- Здравствуйте, вы дозвонились Екатерине Эксайтовой! - бодро ответила Кати. - Если вы из отдела логистики, нажмите один. Если вы из бухгалтерии, нажмите два. Если вы мой бывший Саша, идите нахер. Если вы по поводу кредита...
Она внезапно замолчала, слушая собеседника.
- Да, конечно, взяла. Вы же сами предложили. Да, триста тысяч. Да, отдавать не буду. И не планирую. Мальчики приедут? Это же прекрасно. Пусть приезжают. Меня трахает полковник МВД - он и мальчиков ваших трахнет.