Глава вторая. Часы с кукушкой или с орлом?
Звонкие удары металла о металл. Этот звук, резкие, чуть рваный, но такой родной. Это часы! Ходики - крайне древние. Раньше у нас были такие. Раскрываю глаза и резко сажусь. Только сейчас до меня доходит, что я на почти огромной кровате в совершенно неизвестной мне комнате.
Ни черта не помню. Хотя, помню, что мы с родителями и сестрой приехали в поместье Графа Мореша. Все. Дальше нет ничего. Неужели я напилась? Какой конфуз! Шутка, мне плевать. Ну ежели напилась, значит на то были веские причины, например, торчать в захломленном древнем замке, а не кататься на сноуборде. Лично я никогда особой любви к чему-то древнему не имела. История - не мой конек. Я считаю, что жить надо здесь и сейчас, не оглядываясь не назад не заглядывая вперед. И пусть меня осудит толпа. Теплый плед укрывает мои ноги, и я так полагаю, что накрывал меня всю, пока я не вскочила. Я не была переодета, а так и спала в простой футболке и джинсах. Отпад.
Бегло осматриваю комнату. Я как-будто не в двадцать первом веке, а эдак в восемнадцатом. Интерьерчик соответствующий, знаете ли. Огромной окно с витражными мозиками. И о чудо! Не пластиковое окно, а стеклянное с деревянной рамой. Дикость. Я в Нью-Йорке в жизни такого не видела.
Два огромных шкафа, которые так назвать не повернется язык. Старинные, с вырезанными ручками, на резных ножках и из тёмного дерева. Пол устилан нежно-кремовым ковром с огромным форсом. Кожаная кушетка сосшедшая со старинных журналов. Маленький деревянный столое перед ней. Два кресла у окна. Прикроватные тумбочки. И моя кровать. Поистине Кинг-сайз.
Сползаю с кровати, босыми ногами буквально тону в ковре. Осматриваю комнату и утыкаюсь взглядом небольшую дверь.
Ванная. Это такое блаженное слово, если не мылся вечером. Но мне нужна одежда. А моих чемоданов, как я уже успела заметить, в комнате нет. Подхожу к одному из шкафов и осторожно открываю одну дверь. Большое количество платьев весит на вешалках. Длинные, не очень пышные, но очень изящные и женственные. Чувство, что меня перенесли в другой век растёт с какой-то великой силой.
Неприятное чувство дежавю возникает из неоткуда, когда я с силой захлопываю шкаф и отшатываюсь от него.
Меня поселили в чью-то комнату. Какой-нибудь прабабушке этого самого Графа.
Господи, какой ужас. Все вещи в комнате - вещи трупа.
Противно.
Пячусь назад от шкафа в сторону большой деревянной двери. Спиной врезаюсь в дверь и ошалело разворачиваюсь и пытаюсь найти ручку.
Омерзительно. Спать в чьей-то постеле - омерзительно.
Наконец, нахожу большую железную ручку и тяну тяжелую дубовую дверь на себя, она слабо поддаётся. Делаю шаг из комнаты и не чувств пола. Смотрю вниз, а там земля. И смрад. Могильный.
Отшатываюсь.
Кто-то чуть касается моего плеча и я оборачиваюсь.
Визг.
Труп! Гребанный трупак. Девушки, до жути похожей на меня, но со сгнившей правой половиной лица.