В мозгу сверкнула, подобно молнии, догадка. Ее слезы мгновенно просохли. Кэти подскочила с кровати и кинулась к своему тайнику, который находился в стене под окном. Пальцы отыскал нужную клавишу, и панель отъехала в сторону. Она вытащила на свет божий огромный потертый чемодан. В тайнике оставались еще четыре таких же. Кэти заправила выбившуюся прядь непослушных каштановых волос за ухо и открыла чемодан. Оттуда вывалились бумажные документы и старые диски. «Зачем я их храню?» — спросила она себя. — «Кому нужны старые пыльные воспоминания трехсотлетней давности…Мне. Тогда я была Лизой…»
Она отыскала старую кожаную папку и раскрыла ее. Ее пальцы коснулись древней бумаги, запечатанной в прозрачный пластик, когда-то бывшей фотографией. Кое-где она потерлась и выцвела, но все же на ней можно было разглядеть человека. Со снимка на нее смотрел привлекательный улыбающийся мужчина в военной форме с нашивками командора, Майкл Уинтерс. Женщина закрыла папку и спрятала ее обратно в чемодан.
На глаза ей попалась связка писем. Кэти посмотрела на адрес: «Малютка». Адресат — Варнелиус. «Боже мой!» — екнуло ее сердце. — «Неужели Варнелиус их все сохранил и привез с собой? Понятия не имею, как эти письма попали ко мне. Ах, да! Наверное, это Амма сложила в их багаж, когда уезжала со станции „Безмятежная“. Каким-то чудом они оказались у меня. Это действительно настоящее чудо!».
Варнелиус и Амма Маури были ее внуками. Они были детьми ее дочери Рурики-Рунис Гуд дэ Роберт и масуоти Тонио Маури и жили в Завещанной долине с рыцарями. Когда Варнелиус и Амма выросли, то попросились учиться в Тайясале. Впоследствии они и остались там жить. Родители посчитали это предательством и отказались от них. Их взяла под свою опеку бабушка Лиза.
Варнелиус когда-то был пилотом-штурмовиком. Однажды, возвращаясь поздно вечером из бара, он увидел троих парней, пристающих к девушке. Пилот вмешался. Завязалась драка. Его ранили, а он убил двоих. Причинение смерти анженцу наказывалось достаточно строго. Даже Лиза не смогла его спасти, хотя и была правительницей. Варнелиус попал на Малютку.
Амма стала «Драконом» в воинском элитном подразделении Анжении. Там она встретила мужчину и влюбилась в него. Амма родила ему близнецов — девочку и мальчика. Работа «Дракона» подчас была очень опасна. Возлюбленный попросил ее уйти от «Драконов». Амма не согласилась. У нее был договор с Лизой, что посредством выполнения своих операций, она сможет сократить срок заключения своего брата. Ее мужчина этого не понял, забрал детей и сбежал с ними в Завещанную долину, где женился на дочери рыцаря. В то время отношения Лизы с Завещанной долиной, которая еще не входила в состав Царства, были очень напряженными. Рыцари наотрез отказались выдавать беглецов. Ничего нельзя было сделать. Лиза не могла пойти войной на Завещанную долину. В ней проживали почти все ее дети. Так Амма лишилась детей и веры в мужчин.
Кэтин с подозрением посмотрела на старые конверты. Читать чужие письма, конечно, не хорошо, но все-таки жуть как хочется сунуть свой нос в чужие дела. Кроме того, и Амма, и Варнелиус были внуками Лизы. Поэтому Кэти решила, что не сделает ничего плохого, если прочтет эти старые письма.
Варнелиус вернулся с «Малютки» двести пятьдесят лет назад. Он выбрал своим местом жительства не Тайясаль, а станцию «Безмятежная». Варнелиус так и не простил Лизе своего осуждения. Но также он не вернулся и к своим родителям в Завещанную Долину. Наверное, он не хотел слушать нотации достопочтенных старейшин и заслуживать так называемого прощения. Амма жила рядом с ним и всегда поддерживала его. Через два года после своего возвращения он погиб при нападении Риханцу— взорвался в импульте. «Я думаю, что со временем он простил меня», — Кэти скривила губы. — «Амма тогда вскользь упоминала об этом. Сейчас он не возражал бы, если бы я прочитала его письма».
Кэти напрягла память. «Где же сейчас Амма?» — подумала она. — «Где моя маленькая звездочка? Ах, да! Она же давно уехала со своим мужем в Сепфорис! Как же давно я ее не видела! Жаль, что теперь я не общаюсь со своими родственниками. Конспирация прежде всего! Иногда покой дороже семейных уз. С меня хватит и полутора тысячелетнего правления».
Письма были перетянуты узкой красной ленточкой. Кэти потянула за край, и узел поддался. Она раскрыла конверт. Бумага тревожно зашелестела. Триста лет не пощадили чернила. Кое-где буквы невозможно было различить. Кэти уселась на полу и принялась читать…