Ксандра, смотревшая на аборигенов с жадным любопытством, добавила: — У нас есть уникальный шанс. Мы можем наблюдать. Узнать их культуру, их технологии, их знания о флоре. Это бесценно. Если мы уйдём, мы потеряем единственный мостик к пониманию этой планеты.
Сэм, который до этого молча протирал лезвие своей алебарды, кивнул: — Логично. Лучше быть рядом с теми, кто умеет драться, чем одному в темноте. София зябко поёжилась, глядя на растущую кучу дров, но кивнула в знак согласия. — Я останусь.
Приняв решение, Эвандер не стал прятаться. Он демонстративно отстегнул ремень с мачете, оставив его у ног Сэма, и двинулся к группе аборигенов. Воины, укладывавшие тело погибшего на вершину поленницы, замерли, но за оружие не схватились. Лидер с перьями повернул голову; его жёлтые глаза за маской смотрели устало и настороженно. Эвандер остановился в пяти метрах, не стал пытаться говорить или жестикулировать. Он указал рукой на землю рядом с их стоянкой, затем сделал жест «вниз» ладонью — «мы садимся». Потом указал на горы и покачал головой — «мы не идём». Лидер смотрел на него долгую минуту, возможно оценивая наглость пришельцев или вспоминая выстрел из бластера, который спас его отряд. Наконец он издал короткий выдох, похожий на фырканье, и вернулся к работе. Это было согласие. Или, по крайней мере, отсутствие запрета.
— Устраиваемся, — скомандовал Эвандер, вернувшись к своим. — Но дистанцию держим. Не лезем под руку. Мы будем ждать столько, сколько нужно.
Команда землян быстро разбила лагерь в стороне, используя складки местности для защиты от ветра. Ночь опустилась тяжело и быстро. В небе зажглись две вечные спутницы Зеты‑Прайм — Серая Луна, испещрённая кратерами, и Зелёная Луна, заливающая всё призрачным светом. Но в эту ночь их свет померк перед тем, что происходило на земле.
Аборигены зажгли огонь. Сухая древесина, пропитанная смолами, вспыхнула мгновенно. Пламя взревело, поднимаясь на высоту нескольких метров; жар был таким, что землянам пришлось отодвинуться дальше. На вершине этого огненного столба исчезало тело воина, павшего в бою. Никаких песен, никаких танцев или барабанов — аборигены стояли вокруг огня неподвижными статуями, опираясь на копья. Лишь иногда кто‑то бросал в огонь пучок пахучих трав, отчего дым менял цвет с чёрного на белый и разносил по долине сладковатый, пряный аромат.
Земляне сидели у своего крошечного костра, наблюдая за ритуалом. — Как викинги, — прошептал Алик, глядя на искры, улетающие в небо. — Огонь освобождает душу. Эвандер молчал. Он смотрел на профили аборигенов, очерченные пламенем. Они были разделены всем: биологией, языковым барьером, тысячелетиями эволюции. Одни прилетели со звёзд на корабле из титана, другие жили здесь, среди костей и глины. Но сейчас, в этот момент, их объединяло кое‑что более важное — общая потеря, общий враг в темноте и общая необходимость выживать в мире, который хотел их убить.
Дым от погребального костра поднимался вертикально вверх, смешиваясь с холодным ветром гор. Две группы существ сидели рядом, охраняя этот огонь и друг друга, понимая, что завтрашний день будет трудным, но сегодня они живы.
Глава 25. Жест примирения
Погребальный костёр догорел к середине ночи, когда Зелёная Луна стояла в зените. К утру от яростного пламени осталась лишь груда серого пепла, который ветер медленно разносил по каменистой равнине, смешивая прах чужого воина с пылью его родной планеты. Лагерь аборигенов затих, но не спал. Раненый, напичканный травяными отварами, лежал неподвижно, укрытый шкурами; его дыхание было ровным — кризис миновал.
Утро выдалось холодным. Первые косые лучи синего солнца ударили по глазам, заставляя щуриться. Эвандер, дежуривший последнюю смену, заметил движение: трое здоровых охотников, включая лидера с перьями, поднялись с мест, проверили наконечники копий и двинулись в сторону равнины. Он бросил короткий взгляд в сторону землян, отдал гортанную команду оставшемуся охраннику и ушёл.
— Куда они? — спросил проснувшийся Сэм. — На охоту, — предположил Эвандер. — Им нужно восстановить силы. И, возможно, запастись едой перед подъёмом в горы.
Земляне остались ждать. Часы тянулись томительно: желудки сводило от голода — последние дни они питались урезанными пайками концентратов и безвкусными клубнями, которые находила Ксандра. Организм требовал белка. Эвандер наблюдал за горизонтом, понимая, что сейчас аборигены демонстрируют свою эффективность. Без технологий, без бластеров, только с копьями и знанием повадок зверя.