Глава 39. Зеленый паром
Оказавшись в тупике перед «Рекой Ужаса», земляне впали в ступор. К'Тарр же не теряли времени на отчаяние: для них река была не непреодолимой преградой, а задачей с конкретным решением. Клек‑Сша подал знак своим — охотники развернулись и направились не к деревьям, а к заболоченной низине, заросшей особой травой: гигантские растения с мясистыми трубчатыми стеблями толщиной с руку и широкими маслянистыми листьями ярко‑салатового цвета.
«Они косят траву?» — удивился Лиам, наблюдая, как серые воины срезают стебли под корень. «Похоже, это их материал для судостроения», — предположила Ксандра. Пористая структура стеблей, наполненная воздухом, должна была хорошо держаться на воде. К'Тарр действовали слаженно: за час они заготовили огромную кучу зелени, связали стебли в плотные маты, используя гибкие лианы, и получили три больших плота по три на три метра. Но самое странное началось потом: вместо того чтобы спускать суда на воду, аборигены забрались на них прямо на берегу и начали… танцевать.
Ритмичные тяжёлые прыжки, топтание травы широкими мозолистыми ступнями — всё это намеренно ломало структуру стеблей. Раздавался хруст и чавканье; из раздавленных растений обильно выделялся густой молочно‑зелёный сок, пропитывавший конструкцию. Земляне, заинтригованные ритуалом, решили помочь. «Давайте, ребята! Покажем, как работают портовые грузчики!» — воскликнул Сэм и запрыгнул на кучу травы, ударив пяткой по стеблю. Сок брызнул во все стороны, попав на штаны, ботинки и открытую кожу рук.
Реакция была мгновенной: кожа в местах попадания сока покраснела и покрылась белыми волдырями; зуд и боль были невыносимыми, как от ожога концентрированной кислотой. «Назад! Не трогать!» — заорал Эвандер. Ксандра и София бросились к пострадавшим: «Это химический ожог», — констатировала биолог. Промывать водой нельзя — может стать хуже; София принесла мох с синими спорами, который как ни странно оказался антисептическим. Компрессы немного утихомирили боль, но руки мужчин выглядели ужасно — красные, отёкшие. Клек‑Сша подошёл к Сэму, посмотрел на ожог, затем на свою ногу, покрытую тем же соком, и его кожа осталась невосприимчива. Через сферы людям пришло простое послание: «Мягкая кожа — слабая кожа».
Плоты были готовы и сочились ядом, блестя на солнце как куски изумруда. К'Тарр подтащили их к воде. Как только первый плот коснулся мутной поверхности, вода вокруг него мгновенно изменила цвет, окрашиваясь в ядовито‑зелёный; тут же начали всплывать тела — мелкие рыбёшки, водные жуки, рачки — всё, что оказалось в радиусе пяти метров, всплыло кверху брюхом, парализованное мгновенно. «Вот это технология», — пробормотал Сэм, несмотря на боль. «Это не просто сок. Это мощнейший нейротоксин. Они создают вокруг себя мёртвую зону».
Клек‑Сша жестом пригласил людей на борт. Земляне действовали с предельной осторожностью: сначала погрузили тележки, создав из них подобие острова в центре плота, и забрались на них, стараясь ни на миллиметр не касаться ядовитой травы. К'Тарр стояли прямо в жиже, работая шестами. Отчаливание было самым страшным моментом: едва плоты отошли от берега, река забурлила — хищники почуяли движение. Пятиметровая тень метнулась к плоту, где плыли Сэм и Клек‑Сша; пасть раскрылась, готовая откусить кусок плота вместе с пассажирами. Но как только морда чудовища попала в зелёный шлейф, тварь дернулась в конвульсиях: глаза остекленели, она потеряла ориентацию и, перевернувшись, начала тонуть.
Остальные хищники, почувствовав сигнал опасности, шарахнулись в стороны. Вода вокруг «зелёных паромов» стала зоной абсолютной неприкосновенности. Они пересекли реку в относительной тишине, нарушаемой лишь всплесками шестов. Смерть кружила вокруг, но не смела прикоснуться. Высадившись на другом берегу и оставив ядовитые плоты уплывать вниз по течению, Эвандер посмотрел на обожжённые руки и затем на непроницаемое лицо Клек‑Сша. «Спасибо», — сказал он. «Это был жёсткий урок, но эффективный. Мы живы, накормлены и на правильной стороне реки». Путь к дому К'Тарр был открыт.
Глава 40. Безмолвные просеки
Запасов мяса «бронированного кабана», которое принесли аборигены, хватило еще на три дня пути. Отряд двигался вглубь леса, который с каждым километром становился всё гуще и древнее. Это были уже не те буйные, хаотичные джунгли, где разбился «Одиссей». Здесь деревья были выше, их стволы напоминали колонны храмов, а кроны смыкались так плотно, что внизу царил вечный зеленый полумрак. Атмосфера менялась. Чем дальше они удалялись от реки — этой естественной границы, — тем чаще Эвандер замечал странности. Сначала это были мелочи: примятая трава, словно по ней прошел каток, отсутствие бурелома на некоторых участках. Но на четвертый день они вышли на поляну, которая заставила их остановиться.