Громила легкой пощёчиной привёл Драмера в чувства.
- Успокойся одуванчик! Подними оружие перед собой и стань около меня. - Низким голосом произнёс Сигли.
- Видимо ваш друг встретился с моим помощником. - Всё так же спокойно сказал человек в тёмном.
В соседней комнате начали раздаваться какие-то звуки, и в комнату вошёл огромный человек. Половина лица была человеческой, а вот вторая похожа на генно-модифицированную морду животного - то ли ящерица, то ли крокодил. Она была покрыта чешуйками и ужасными бороздами от швов, словно по лицу прошлись бензопилой. Из шеи выступали какие-то трубки, которые по замысловатой траектории уходили куда-то под жилетку незнакомца. Походило на то, что все его тело было покрыто странными трубками разных диаметров. Одет он был в серую куртку плотного покроя и чёрные армейские брюки. Голый ступни с огромными когтями и переливающимися синим венами, отдалённо напоминали ступни летучих мышей, живших на планете Гида.
Громила сделал пару шагов и вступил в луч света, лениво падающий от свисающей лампы. Две огромные руки - Металлическая с острыми когтями и человеческая, со вставными пластинами, проводами и какими-то механизмами, вблизи плеча, тащили словно кукол Эллера и Брома. Эти громадные руки стискивались на их шеях, как тиски, а бездыханные тела рядовых словно умоляли оставить их в покое. Громила остановился, руки разжались, бросив трупы на пол, а на лице показалась не добрая ухмылка. Глаза, его глаза невольно привлекали к себе внимание всех в этой комнате - один рептильный, зрачок, который менял расположение каждый раз, когда верзила моргал, а второй был прозрачный, или из какого-то материала, напоминающего стекло. Этот глаз вращался во все стороны, выхватывая противников, и оценивая обстановку.
- А вот и мой помощник - мистер Хайс. - Подал голос незнакомец. По всей видимости ваши друзья уже с ним познакомились.
Я повернул голову в сторону незнакомца и поднял автомат, снова целясь ему в голову. Под плащом человека началось какое-то движение, хаотическое, словно кто-то, или что-то захотело вырваться наружу.
- Я так полагаю, мирно урегулировать данную ситуацию уже не получится. - Снова заговорил незнакомец. - А так хотелось обойтись без новых жертв.
Он повернул голову в мою сторону, показав полностью перебинтованное лицо и шею. Оставались открытыми только глаза и нос. Видимо эти бинты скрывали увечья, следы ожогов или каких-то других тяжелых повреждений. Я хотел разглядеть его лицо получше, но тут прозвучал громогласный голос Хогса: “ - Огонь!”
Сигли, стоящий рядом с верзилой, взмахнул вверх автомат и увидел, как стеклянный глаз громилы повернулся в его сторону. Металлическая рука моментально схватилась за дуло автомата и начала его сживать. Второй рукой здоровяк уцепился в горло Сигли и с неимоверной лёгкостью оторвал нашего “великана” от земли. Тогда-то и стала полноценно видна разница в габаритах между этими двумя. Легким движением руки громила отбросил Сигли в направлении Тины, тем самым, не давая ей вести прицельный огонь, а сам ринулся в сторону Хогса.
Отчётливо помню дальнейшее развитие того кровожадного вечера. Из-под плаща незнакомца вырвались два кнута, похожих на металлических змей, готовых полакомиться свежей плотью. Я только и успел сделать несколько выстрелов, как одна из “змей” выбила автомат из рук и сбила меня на землю. Незнакомец развернулся и направил свою ярость на Драмера. Два кнута с невиданной силой вонзились в тело бедолаги, пробив его насквозь и приподняв над землей.
- Я же вас просил. Почему никто меня не слушает? - С обидой в голосе произнёс человек.
“Змеи” начали растягивать Драмера изнутри, попутно ломая кости и разрывая ткани. Глаза Драмера, залитые кровью и слезами, они в недоумении смотрели на всё происходящее, видимо до конца ещё не осознавая, что смерть близка. Глухой щелчок и тело Драмера разорвалось на две половины, извергая фонтаны крови, внутренних органов и другого дерьма, которым был набит Драмер.
Тем временем здоровяк приблизился к Хогсу, попутно отражая пули своей металлической рукой. Хогс, конечно, попадал в громилу, но для того эти ранения были словно резиновые шарики, брошенные ребёнком с пяти метров. Пули застревали в его теле, а потом невиданным образом выдавливались обратно, падая на пол. Он остановился перед капралом, металлической рукой ухватился за руку Хогса, державшую автомат, и дёрнул её. Рука отлетела словно плюшевая, сопровождаясь фонтаном крови. Вопли Хогса были настолько пронзительными и беспомощными, что в тот момент все оставшиеся в живых понимали - это их последние минуты.