Все происходило так быстро, что казалось нереальным. У Максима остались только смутные воспоминания о приезде, прохождении по базе, знакомства с множеством сотрудников, которые по большей степени составляли военные.
После череды проверок и оформлений, Максима быстро познакомили с остальными членами команды, не объясняя причины включения Максима в столь закрытый проект и, наконец, показали его каюту. Наскоро приняв душ, он заснул сном без сновидений.
На следующее утро начались новые проверки, которые рассматривали возможность отправки неподготовленного человека в космос и продолжались неделю. Хотя корабль был оснащен всеми современными разработками и имел собственное внутреннее гравитационное поле, все же при взлете и посадке космонавты подвергались довольно сильным перегрузкам. Максим прошел несколько тренажеров, предназначенных для определения влияния этих перегрузок. В этом ему помогло отменное здоровье, хотя все равно пришлось несладко. Устойчивость психики Максима проверялась в сурдокамере — специальном звукоизолированном помещении, со слабым искусственным освещением и звуконепроницаемыми стенками для проведения наблюдений за космонавтом. Данный вид проверок Максим выдержал на ура. Как уж тут ощутить одиночество, если он теперь не был один. У него была Нелея.
За последнее время, Максим все больше ощущал крепнувшую связь между ними. То состояние души, когда тебе полностью спокойно. Когда не обязательно объяснять каждое свое слово и поступок. Когда другое существо понимает и принимает тебя таким, какой ты есть. Безоговорочно, со всеми твоими странностями и недостатками.
Максим только теперь осознал, насколько он раньше ошибался в проставлении приоритетов в жизни. Все эти дома, машины, встречи. Вся эта мишура, которая прячет истинную ценность жизни.
Счастье. Такое тихое, умиротворенное ощущение причастности к своей судьбе. К реальной жизни. Где каждый вздох, каждое ощущение является важным.
Он многому научился у Нелеи. Стал тоньше чувствовать себя и окружающих. Обращал больше внимания на эмоции, чем на слова. Считывал с лиц, словно с книги.
Так, он сгладил несколько конфликтов между Королевым и Федоровым. Королев Александр легко мог бы использоваться в качестве образца любого тренировочного центра. Обладая высокой фигурой с развитой мускулатурой, он выглядел так, словно сошел с рекламного плаката. Над этим явным, бросающимся в глаза, совершенством фигуры и насмехался Николай Федоров. В замкнутом пространстве среди людей с разными интересами поневоле периодически возникали конфликты. Каждый находил свой громоотвод. И все бы ничего, если бы Федоров не избрал тактику выхода своим эмоциям в скабрезных шутках, типа «Сила есть — ума не надо». Хотя уровень образованности и IQ Александра не подлежали сомнению, по какой-то непонятной причине его очень задевали эти замечания Николая. Было интересно наблюдать за сменой эмоций и их пикировкой словами, но Максим всегда подавлял напряжение между этими двумя, если они совсем расходились.
Также Максим наблюдал за остальными членами команды. Он никогда не думал, что это настолько интересно. Вся группа к приезду Максима успела разбиться на подгруппы по общению и интересу.
Астрофизик Росов Сергей Геннадьевич, летчик Гумилев Андрей Александрович и полковник Васильев Александр Сергеевич держались в основном обособленно, постоянно делая какие-то расчеты и пропадая в переговорной комнате, где разрабатывали стратегию полета и моделировали всевозможные ситуации. Леонтьев Вячеслав, биолог, безвылазно пропадал в своей лаборатории. Выходил он только на совместные обеды и тренировки.
Иван Сергеев, ученый-ксенолог, уже успевший, несмотря на молодой возраст сделать несколько открытий в мире науки, был очень интересным собеседником. Недаром они сдружились с Виталием. Максиму он сразу понравился. Как и медик группы — Анна Тарасова. Симпатичное лицо с угловатыми чертами задорно оттенялось смешно торчащими короткими волосами. Они много времени проводили вместе, вчетвером, и только Максим с Виталием знали, что впятером. Быстро отбросив ненужные условности, ребята перешли к приятельским отношениям, справедливо полагая, что в группе, с которой ты летишь непонятно куда, и неизвестно, чем все это закончится, не нужны вежливые формы общения на вы и обращения типа «Иван Валерьевич».
Еще Максим обратил внимание на то, что хотя Иван постоянно заигрывал с Аней, и она также игриво отвечала ему, настоящего интереса ни с одной из сторон не было. Зато, как с удивлением понял Максим, интерес был со стороны Виталия. Да и Анна периодически поглядывала на его друга. Но для них этот обоюдный интерес был совершенно не заметен. Обычно тихий, молчаливый Виталий, становился еще более замкнутым, как только улыбчивый взгляд Ани падал на его лицо. Интересно, по какой причине люди, которые так игривы и легки, когда не испытывают сильных чувств, становятся так осторожны, когда дело принимает серьезный оборот? Он поделился своими наблюдениями с Нелеей, и она полностью его поддержала.
Глава 15
Чем ближе подходил день отлета, тем беспокойнее себя чувствовал Максим. Он все больше ощущал близость Нелеи. Она за такой короткий срок стала самым родным и любимым ему существом, и он надеялся на взаимность. И не хотел с ней расставаться. Он старался гнать эти мысли, но они не давали ему покоя.
Как только мысли о том, что через пару месяцев они пойдут каждый своей дорогой, приходили ему в голову, он чувствовал всплеск агрессии на всю эту нелепую ситуацию. Максим понимал, что он ничего не сможет поделать, они были из совершенно разных миров. Разных воспитаний, традиций. Но это все становилось неважным, как только они начинали разговаривать.
Такое единение душ Максим не испытывал ни разу за всю свою жизнь, и как он подозревал никогда уже больше не испытает. Как такое возможно, чтобы два существа с разных планет оказались вдруг двумя половинками единого целого? Да и как вообще возможна вся эта ситуация Максим не знал. Но, что он точно знал, так это то, что он ее никому не отдаст. Когда они прибудут на планету, и она, наконец, будет в безопасности, он что-нибудь придумает, чтобы они смогли остаться вместе.
Максим тщательно блокировал эти мысли, надеясь, что Нелея раньше времени не ощутит их, так как не был уверен в ее реакции.
Еще Максим очень переживал из-за того, что на полет у них уйдет так много времени. Не вдаваясь в технические подробности, Виталий объяснил, что как только они выйдут за пределы Солнечной системы, большинство членов команды погрузятся в криокапсулы, которые введут их в состояние анабиоза, которое продлится пару месяцев. И только на подлете к планете Циклон их разбудят. Циклон, странное название. Навевает мысли о бурях. Нелея говорила ему, что их планета называется Эредом. Максиму больше нравилось это название.
Из-за продолжительности полета времени остается впритык. И любая задержка может привести к катастрофе. Максим замечал, что Нелея все чаще стала погружаться в свой защитный кокон, как она это называла. И каждый раз со страхом ожидал ее возвращения, опасаясь того, что она может не вернуться.
На фоне всех этих переживаний у него начала развиваться бессонница. Он часами лежал, бесцельно глядя в потолок. Но еще более выматывающим становилось время, когда он все-таки засыпал.
Еще неделю назад Максим с удивлением узнал, что они с Нелеей могут видеть одни сны на двоих. Иногда случалось так, что сновидения Нелеи переплетались в причудливый узор с его снами. Так она неосознанно делилась с ним своими воспоминаниями и эмоциями, где в основном были какие-то особо приятные ей моменты с родными и близкими. Чем больше Максим видел этих снов, тем естественнее и правильнее ему казался облик кериой. Однажды Максим увидел в ее снах его самого. Он в этот момент стоял перед зеркалом после душа и брился. В ее сне он был более мужественным и красивым. Так вот каким она его видит? Эти ее сны были очень приятными и успокаивающими.