- Дайна… - задыхаясь слезами, проговаривает Ракель. – Ты говоришь правду? Она не… не могла так со мной!
Я кладу руку ей на голову. Как можно описать чувства, что она сейчас испытывает? Ракель долго ждала её, четыре года. Надеялась, что та вернётся. Приняла все её убеждения и слова, согласилась ради неё сжечь Тафтахари. А сейчас узнаёт, что Дайна просто ею пользуется.
Умирать в душе ради человека, которому плевать.
- Ещё не поздно, Ракель, - заверяю я. – Ты ещё не убила королевскую семью, не отдала все свои силы и корону Гильерме.
- Обратного пути нет, - Ракель медленно поднимается на ноги, вытирая ладонями слёзы. – Меня коронуют, а дальше посмотрим.
С этими словами она направляется к горящему Дворцу, а у меня появляется одно важное дельце.
Глава 21. Гильерме Карвалью.
Глава 21. Гильерме Карвалью.
Я стала той, кем всегда хотела стать. Монстром. Мне казалось, что если я буду причинять остальным боль, то никто не сможет причинить её мне. Лишившись всех чувств, стану неуязвимой. Буду слушаться Дайну, стану могущественной королевой, она простит меня и вернётся.
Но ничему из этого я не рада.
Видеть гримасы ужаса на чужих лицах при виде меня, при этом не чувствуя жалости, получить долгожданную корону, но не быть коронованной. А ещё… Дайна вернулась. Но не ко мне и не из-за меня. Даже не захотела говорить со мной. Скрылась в отражении.
Но нет, я не стала бесчувственной и неуязвимой. Меня держит любовь, от которой я всегда так мечтала избавиться. Спасёт ли меня сейчас эта любовь, когда я поднимаю клинок на столь дорого мне человека?
Но с какого момента я стала испытывать к ней тёплые чувства? Почему не могу убить ту, что так желала убить меня? Почему я люблю её? Из-за того, что она моя сестра? Но она не моя сестра… она сестра Дайны.
Измученная, потрёпанная и напуганная лежит под моими ногами. Побеждённая моим мечом. Мечом, что прямо сейчас я заношу над головой для последнего удара.
Но не бью.
Не бью, потому что не могу. Не бью, потому что уязвима. Не бью, потому что с каких-то пор стала считать её сестрой.
Алессандра просто смотрит на меня. Даже не молит о пощаде… Убью я её или нет, смерть и так уже давно её душит. Если не ударю в последний раз, она умрёт по другой причине.
Её смерть – её любовь, что лежит на полке в комнате принцессы. Пачка сигарет. А то, из-за чего она попала однажды ей в руки – Дайна Барбароза. Её смерть случилась по приказу Алессандры. Она понесла наказание за убийство родной сестры – вечные кошмары и муки совести. А ещё заболевание лёгких, что вскоре погубит её.
Но один удар, и её страдания лягут на мои плечи. Стану страдать за неё.
- Ну же, бей! – рычит Алессандра.
- Что тебя держит? – спрашиваю я, крепче сжимая рукоять меча. – Жить дальше после такого преступления. Ты хочешь короны? Замужества?
Алессандра ухмыляется и приподнимается на локтях, но ухмылка сразу же спадает с её лица, как к шее подношу клинок.
- Ты правда Дайна Барбароза, а, рыжая?
- Если это тебя утешит, то, нет, я не она, - говорю я. – Лишь её предсмертное творение.
Алессандра сдувает прядь с лица и осматривает меня с головы до пят. У нас есть схожие черты с Дайной, но мы не похожи как две капли воды. Зато я храню её воспоминания и злую магию. Всё, что нас связывает. К сожалению.
- То есть, ты даже не человек, - поднимает бровь Алессандра.
Я никогда не задумывалась о том, кем являюсь. Мне было плевать. Главное, не разочаровать Дайну.
- Зачем же ты живёшь? – спрашивает Алессандра, кашляя кровью.
- Чтобы исполнить свои обязанности, - пожимаю плечами я.
- У всех своя смерть, Ракель. Не за чем её торопить. Если я должна умереть, уже была бы мертва. Но нет, я жива, жду твой клинок.
Смогу ли я когда-нибудь погибнуть? Я же создание из магии… Но старею. А убить принцессу? Смотрю на её лицо, сразу же думая, что передо мной что-то родное, что-то близкое. Должна ли я отомстить за себя, Дайну и Кэмерона? Убить её… Да, должна. Но не могу этого сделать.
Любовь губит и меня.
- Если не убью тебя, обидишься?
- Буду плакать горькими слезами, - фыркает Алессандра. – С чего такая щедрость с твоей стороны? Что возьмёшь взамен? Посмотри вокруг, всё в огне. И это сделала ты. Тебе было не жаль пожертвовать всем Тафтахари, а меня убить не в силах? Где подвох?
Я не знаю, что ответить.
- Это глупо, но… Ты же пыталась убить меня. Ранила Кэмерона…
- Это ты тогда напала на меня.
- Но разве ты не спланировала это нападение?
Я отворачиваюсь к окну. Разговор не идёт, не складывается. Каждая фраза глупая и неискренняя. Но я не могу с ней так просто говорить.