- Слышал, какой у меня голос строгий? – расплывается в широкой улыбке она, а я смеюсь. Несмотря на её слова, глаза растерянно бегают по комнате.
- Волнуешься из-за Джеро?
Ракель наконец смотрит мне в глаза, а затем снова в угол комнаты. Да, ей было трудно вынести этот приговор. Джеро был её другом, и она его любила. Но на преступления Матараццо нельзя закрывать глаза.
- Это будет правильным, - говорит Ракель. Она сильно сжимает одну из ладоней, нервничает. – Джеро убил столько людей, да к тому же ещё и основал группу разбойников Всадников Смерти. Столько людей обозлились на него. И думаю, что очень хотят наблюдать за казнью. Но я не хочу, чтобы кто-то это видел.
Я понимающе киваю. Работал на Матараццо полгода, привязался за это время. Но то, с какой ненавистью он смотрел на Ракель в подвале… хотел её убить. Это я не могу ему простить никогда.
Тут из-за угла появляется розоволосая девушка-рыцарь. У неё тёмная кожа, малиновые волосы доходят до плеч, светло-голубые глаза, бледные губы, родинка на щеке, строгое выражение лица. На ней большая, явно ей не по размеру, серая рубашка, на талии сильно затянутый корсет, с ремнями на плечах и подмышками. На ногах широкие штаны и кожаные сапоги с каблуком. В руках сжимает золотой меч.
Девушка падает на колени перед Ракель, склоняет голову.
- Ёсико, - растягивается в улыбке королева.
Ёсико… Девушка, чью могилу навещали мы с Ракель и Ксиу. Как же всё изменилось с тех пор. Тогда в рыжую ведьму никто не верил, кроме неё самой, а теперь она королева Тафтахари. Ксиу же вернула своё тело и уехала далеко с семьёй. А я наконец узнал правду и полюбил Ракель.
- Ваше Величество, - Ёсико не поднимает головы, говорит вежливо и чётко. – Хочу передать вам свои поздравления. Тафтахари заслуживает такой королевы…
- Переходи к теме.
- Я обязана жизнью Дайне Барбарозе. После её смерти, я стала должницей вашей. Поэтому, для меня будет большая честь служить вам верой и правдой.
Ракель садится на корточки перед девушкой-рыцарем, что не подобает её статусу. Дотрагивается до её подбородка тремя пальцами и поднимает лицо. Ёсико внимательно смотрит в глаза королеве.
- Обещаешь служить мне, даже когда я сойду с трона? – спрашивает Ракель так, словно ответ не может быть отрицательным.
- Обещаю.
Ракель, видимо, хотела спросить что-то ещё, но не стала. Она ловко выхватывает из рук Ёсико меч и касается плоской его частью плеча девушки.
- Я посвящаю тебя в рыцари, - говорит она, касаясь мечом второго плеча. Затем макушки. – Служи мне верой и правдой до самого конца. До самой моей смерти. Наказывай всех, кто пойдет против короны. Будь верна мне, Ёсико.
Девушка встаёт с колен и ещё раз низко поклоняется.
- Я всегда буду на вашей стороне, - клянётся Ёсико и скрывается в глубинах коридоров.
Ракель проводит взглядом девушку-рыцаря, а потом ещё несколько секунд смотрит ей вслед. Её явно что-то тревожит.
- Мне кажется, - словно прочитала мои мысли она, - что что-то не так. Да, я убила Гильерме, но ощущение… Будто он рядом. Но все баллады о нём твердили одно и то же. Гильерме Карвалью однажды должна убить любовь, ею стала королева Фернанда, а сердце его пронзит синий клинок, и я пронзила его сердце синим клинком… Но… Что-то всё-таки не сходится.
- Такое бывает, Ракель. Тебя долгие годы мучал страх перед злым духом, а теперь, когда он мёртв, не верится в происходящее…
- Я его не боялась, - отрезает Ракель, бросая на меня быстрый взгляд. – Ладно, прежде чем сесть за работу, хочу навестить Джеро. Ты со мной?
Чувство, что с момента коронации Алессандры мы отдалились друг от друга. Общаемся не так, как прежде. Сможем ли наладить отношения вновь?
Мы спускаемся по тёмным коридорам. Обшарпанные стены, ужасная вонь и разруха. С заключёнными здесь не заморачиваются. Тут они и не так уже и долго. Ждут своей очереди на казнь.
Когда мы выходим, видим клетки. Много клеток, выстроенных вряд до конца стены. Сырые, грязные и мрачные. А ещё пустые. В них нет почти никого. Посодействовала ли этому Ракель?
В тёмном коридоре ярко горит зажжённый огонь в лампе, что стоит на каменном полу. Рядом с лампой примостилась принцесса Алессандра. На ней серое платье, без бантов и кружев, как она любит. Кучерявые светлые волосы заплетены в пышный хвост. В её пальцах зажата сигарета, дым от неё заполняет весь коридор. В клетке, на которою она облокачивается, сидит Джеро, прислонившись спиной к её спине.