Возможно, это из-за того, что у Ракель нет своей родной семьи. Ни родителей, ни братьев, ни сестёр, ни бабушек и дедушек. Поэтому она и принимает всех дорогих людей в свою, так называемую, семью.
Этот вечер я тоже просиживаю в свою кабинете, заставленном колбами, котлами и сундуками. По стенам свисают травы разных запахов и цветов. В комнате всегда пахнет лекарствами, да и я уже пропитался этим запахом.
Тут деревянная дверь распахивается, и в комнате появляется запыхавшийся Каша. Он захлопывает дверь, закрывает её на замок, а затем падает на диван, одновременно поправляя шевелюру чёрных волос, что и так всегда взъерошены.
- Пришёл, - быстро проговаривает Каша, так, что все буквы смешались, и я не понял слова. – Только закончил дела на кухне.
- Во Дворце не так много людей, - бросаю я, хотя сам знаю, как тяжело управиться двенадцатилетнему мальчишке с такой работой. Он готовит не только для Ракель и Алессандры, но и для всех работающих во Дворце. Конечно, все, кроме меня, едят отдельно, не за одним столом с королевской семьёй. – Хоть что-нибудь ел сегодня?
- Конечно, - расплывается в улыбке Каша, будто отрицательным ответ быть не может. – Я утром съел два бутерброда с плавленым сыром, капустой и сосисками, потом завтракал голубым супом, полдничал маринованными огурцами и свежими помидорами, обедал куриным сердцем, запил это всё газированной водой со вкусом малины, а на ужин ничего не успел съесть.
Я удивлённо вскидываю брови.
- Можно было и без подробностей, - отвечаю так, потому что хочу поворчать. Подхожу к подоконнику, на котором примостилась тарелка с любимыми ланчоусами королевы, что с некоторых пор она терпеть не может. – Это – любимая еда королевы, - вру я, но без этих слов Каша даже не попробует.
На секунду задерживаюсь у окна. Сейчас, когда уже стемнело, видно всё, что творится в комнатах соседнего крыла. Ракель, склонившись над бумагами, что-то старательно выводит пером под слабым светом лампы. Она поднимает голову и встречается со мной взглядами.
Ракель поднимает кружку, что стоит рядом с бумагами на столе, и поднимает её, будто хочет чокнуться бокалами. У меня нет поблизости кружек, поэтому я поднимаю зелёный ланчоус. Королева смеётся и вытягивает большой палец вверх, одобряя шутку.
Я наконец беру тарелку и зашториваю окно. Подхожу к Каше, протягивая ему «вкуснятину».
- Что это? – удивляется Каша, беря тарелку из моих рук. Он подносит еду к носу, принюхиваясь. Затем закрывает нос двумя пальцами. Видимо, запах ужасный. – Это действительно любит королева?
Я с уверенностью киваю. Каша пожимает плечами и уже планирует закинуть зелёный шарик в рот, как снова недоверчиво смотрит на меня.
- Не отравлено?
- Что ты! – фыркаю я. – Зачем мне тебя травить? Уж больно ты вкусно готовишь.
Каша наконец кладёт в рот ланчоус. Несколько секунд реакции нет, он лишь странно посматривает на меня. Потом прожёвывает и довольно улыбается:
- Вкуснотища! Не зря прозвана любимой едой королевы! Нужно будет добавить в меню…
Я удивлённо открываю рот. Всё-таки, Ракель смогла меня тогда надурить. Не гадкие эти ланчоусы! Просто ведьма вредная. Я тоже, в порыве злости, закидываю в рот зелёный шарик, а затем понимаю, как во рту всё печёт. Горькие, перчённые ланчоусы с начинкой из какой-то слизи. Я мучительно кривлюсь, а Каша заливается хохотом.
Так это не Ракель дурила меня, а мальчуган!
- Гадость! – выдыхаю я, когда наконец проглатываю ужасный ланчоус.
- Пожалуй, я съем на ужин что-то другое, - улыбается Каша. – А теперь, начнём занятие.
Когда мы заканчиваем, я провожаю Кашу до его комнаты. Он дуется и ругается, когда я так делаю. Не маленький уже, всё-таки. Но не могу никому доверять во Дворце. Может кому-то его стряпня не понравилась?
Отправив Кашу в постель, поплёлся по коридорам. Жизнь и работа здесь утомляют. Спит ли сейчас Ракель? Думаю, нет. Мы были намного счастливее, когда жили не во Дворце, а одни в доме далёком от королевства. Но Ракель так не считает, уверен. Она же так мечтала стать королевой, а я не могу быть настолько эгоистичен, чтобы жаловаться на жизнь здесь.
Останавливаюсь у её комнаты и пронзаю дверь взглядом. Зайти или не стоит?
- Заходи, - звучит голос Ракель из-за двери. Услышала мои шаги.
Я открываю дверь и заглядываю в комнату. Почти ничего не вижу, настольная лампа освещает только стол и саму Ракель. Она сидит в чёрном облегающем платье, что заканчивается у её пят. Рукава его широкие, тонкие руки королевы буквально тонут в них. Ракель поднимается из-за стола и на нетвёрдых ногах плетётся ко мне.