Выбрать главу

- Если начнут кричать, просто скажем, что заблудились!

Ну вот и как ей перечить… Подтверждаю слова Ксиу, ушедшой куда-то в сад, Ракель – вредная и неуправляемая девчонка.

Глава 7. Король.

Глава 7. Король.

«Сегодня заходила к отцу. Хотела просто поговорить с ним, пожелать хорошего дня. Но меня не пропускала стража. Поэтому я хитростью проскочила. Отец, за смекалку, позволил мне остаться. Но несколько минут мы просидели в тишине. Я долго думала, что сказать, но всё никак не могла избавиться от ощущения, что отец мне чужой. Даже преступники в подземелье стали мне роднее семьи. Я спросила отца о здоровье матушки, только после этого меня вышвырнули. Интересно, если бы я в один день просто исчезла, без единого следа, кто-то бы за мной горевал? Кто-то бы плакал? Думала об этом весь день. Но так и не поняла, кого всё же могу назвать другом. Кому всё же на меня не всё равно…»

***

Я и Ракель шагаем по коридорам. Посмотрели много чего нового во Дворце. Ракель больше всего понравилась кухня, мне же – сад. Ксиу мы не встретили там, хотя очень странно, что она так сразу исчезла.

Тут дверь перед нами открываемся и с гордой осанкой выходит мужчина. У него тёмная кожа, будто сгоревшая под солнцем и покрасневшая, но светлые зелёные глаза, с холодом смотрящие вперёд. Толстые брови сложены на переносице, а рыжие волосы закрывает золотая корона. У него также борода и усы, добавляющие строгости. Одет в богатые одежды, а по полу за ним тянется красный шлейф.

Король.

Я опускаюсь на одно колено, склоняя голову. Декстер Барбароза смотрит в нашу сторону, а потом замечает Ракель. И замирает. Не отводит от неё глаз, словно увидел ангела. Ракель тоже неподвижна, просто смотрит на него с открытым ртом и широко распахнутыми глазами.

- Поклонись! – шикаю ей я, но ноль реакции. Тогда я хватаю её за край юбки и резко дёргаю, чтобы она упала на колени. И Ракель падает, больно стукнувшись коленом о кафель, что выложен только в этой части замка.

Звук от удара эхом раздаётся в стенах Дворца. Ракель хватается за ушибленное колено и начинает ругать его неприличными словами мира смертных, потом твёрдый пол, затем приходит моя очередь, а потом кричит и на себя за то, что вообще связалась с таким тупицей, как я.

Одна надежда, что король не знает этого языка…

- Добрый день, - первым здоровается король, а я беру Ракель за локоть и поднимаю с колен. Я кланяюсь, удивлённый тем, что Декстер первый нас поприветствовал.

- Это огромная честь, видеть вас, Ваше Величество!

Ракель молчит. Я знаю, что она ненавидит королевскую семью, но так открыто это показывать недопустимо. Ощущение, что Ракель действительно ожидает того, как терпение короля и принцессы лопнет, и её казнят. Но она неугомонна, вредна, неуправляема и полностью неадекватна. Но очень умна, хотя сейчас потеряла все свои умения вести себя правильно с нужными людьми. Застыла и стоит, как статуя.

Я конечно понимал, что мы на кого-то наткнёмся, но точно не на короля!

- Как вы тут очутились? – спрашивает властным голосом Декстер. – И кто пригласил вас во Дворец?

- Нам отправила приглашение принцесса Алессандра, ваша дочь, - поднимаясь, отвечает Ракель. Король слегка улыбается ей, но потом снова хмурится. – Мы немного заблудились, поэтому, спешим откланяться, Ваше Величество.

- Подождите, - то ли просит, то ли приказывает король. – Раз вы уже здесь, то прошу выпить со мной по чашечке чая.

Мои брови так и ползут наверх. Пока Декстер даёт приказ горничной принести чай, Ракель поворачивается ко мне и машет головой. Она не хочет идти, но выбора у нас нет. Не знаю, в чём таится её ненависть к Тафтахари. А сейчас тем-более страх. Если Ракель работала здесь когда-то горничной, то король должен был её узнать. Но он не узнал её, может быть просто не запоминает слуг?

Мы с Ракель проходим в покои Его Величества. Огромная комната, двое стен которой – сплошные окна, занавешенные красными шторами. Возле одной из стенок большая кровать с балдахином. Посреди комнаты небольшой столик и два дивана. На одном разваливается король, на второй, что стоит напротив него, садимся мы. Стены увешаны картинами. На многих изображена мать Дайны и Алессандры, Аланза Барбароза. На них она молодая и красивая, ещё до рождения девочек и смертельной болезни.

У королевы чёрные прямые волосы, такие же чёрные радостные глаза, на белом лице растягивается улыбка. Острые скулы, но они не предают её виду грозности. Добрая и нежная, в аккуратном розовом платьице.