Такой не желаешь даже врагу.
Вечность страданий, боли, обиды
И самые близкие были убиты.
Теперь он не просто мальчик-слуга,
А дух, любитель греха.
И если чёрное сердце способно любить,
Только любовь его сможет убить.
Пронзив это сердце синим клинком,
Станет убийца храбрецом.
Запомни тогда, дитя моё,
Любовь никогда тебя не спасёт,
Только замучит и сердце сожжёт…
На последних строках я засыпаю у Ракель на коленях, больше не чувствуя боли.
Глава 10. Справедливость, которую можно купить.
Глава 10. Справедливость, которую можно купить.
Я использовала старое заклинание, какому учила меня в детстве тётя Джакира. У меня получилось заменить имя Ренато новым. Он переродится через несколько лет, так что я застану новое перерождение Ренато. Интересно, каким человеком он возродится? Совсем маленьким мальчишкой, которого я обязана буду воспитать.
Насчёт людей, ликующих и веселящихся на казни, - я их терпеть не могу. Поэтому даже не поднималась на балкон, где мой родной отец с улыбкой наблюдает, как лишают головы того, кто его заменил. Не будь всех тех людей, что изменили меня в моей жизни, то, скорее всего, я бы тоже улыбалась, смотря на казнь».
***
Просыпаюсь я от того, что меня окутали ледяной водой. Когда резко вскакиваю с кровати, понимаю, что мои руки в тяжёлых кандалах. Рану же вновь охватывает болью.
Передо мной двое рыцарей. Уставшие и не выспавшиеся, они медленно проговаривают слова:
- Выходи.
Что? Почему выходить? Где Ракель? Она вышла первой?
Но спросить мне времени не дают, так как хватают за обе руки и вышвыривают из камеры.
- Быстрее.
- Где девушка, что со мной была? – чуть ли не рычу я, вскакивая на ноги. Будь я здоров, с лёгкостью разорвал бы оковы и избил их до полусмерти. – Без неё я не уйду.
- Уйдёшь, - рявкают в один голос рыцари и тащат меня к выходу из подземелья. – Твоя Ракель заплатила огромные деньги, чтоб тебя выпустили. А сама готовится к казни.
Моё сердце замирает, и я поражённо смотрю на стражников. Ракель казнят? Почему? Она же только вчерашним вечером сидела рядом со мной и пела песню! А сегодня её приговорили к смерти.
- Где она сейчас?
- Вроде на суде. Но он долго не затянется. Люди в нетерпении посмотреть за очередной смертью. К тому же той, что напала на нашу принцессу.
Ничего не хочу слышать. Позволяю вывести себя на улицу и посадить в карету, подготовленную за деньги Ракель. Когда снимают кандалы, устало разминаю руки.
- Вези меня в суд, - приказываю я, а кучер недоумённо на меня смотрит.
- Но мисс просила довезти вас до…
- В суд я сказал! – гаркаю я. Карета понеслась по улицам Тафтахари. Люди видят экипаж с гербом Дворца, поэтому кланяются, думая, что внутри кто-то из королевской семьи, ведь гостям ещё рано возвращаться.
Для меня же было уже очень поздно.
Меня привозят к огромному зданию с кривыми стенами. Тут всего одна комната, сложившаяся из множества различных фигур. Всё вокруг покрыто мхом, а внутри слышаться громкие и недовольные голоса.
Врываюсь в комнату. Бесцеремонно и грубо, привлекая к себе удивлённые взгляды. Среди толпы ищу Ракель, молясь, что её ещё не казнили.
Она стоит сверху на балконе, не отрывая от меня пустых глаз. Ракель вся в чёрном, рыжие волосы тоже прикрыты, на руках кандалы, металлом прибитые к железному ограждению балкона. На другом возвышении принцесса Алессандра. В светло-фиолетовом платье и улыбкой на лице, что померкла, как ворвался я. На третьем балконе судья. Старик с трусящимися от старости руками.
- Увести его, - приказывает принцесса Алессандра. Меня тут же хватают за обе руки и тянут к выходу.
- Ваше Величество, - вдруг доносится до меня знакомый голос. Выходит Энцу, что приносил нам приглашения. Знай я наперёд, никогда бы сюда не сунулся! Из-за этого банкета скоро отрубят голову Ракель. – Пусть он останется. Всё-таки возлюбленный виновницы Ракель Алегре и может сказать что-то последнее.
- Я вам уже говорила, - громко и чётко говорит Ракель. Впервые за сегодня я слышу её голос. – Что во всём виновата я, а Кэмерона сюда не впутывайте.
- Тогда, мы всё уладили, - улыбается Алессандра. – Казнить её.
- Подождите! – кричу я и стараюсь вырваться вперёд, но мне только крепче скручивают руки. – Ракель ни в чём не виновата! В неё вселился дракон, спасшийся из Адилии.