– Не бойся, не бойся, расслабься. Ну? Положи головку мне на плечо, да-да, вот так, лежи на спинке, я держу тебя.
– Да что же вы делаете? – с облегчением произнесла Элен.
– Как что – развлекаюсь. И выполняю свой долг: Люсиль плавать не умеет. Едва ли что-то в пути случится, но мне будет спокойнее знать, что она способна удержаться на плаву, – ответила Берилл, кружа девушку по поверхности, а после ласково заворковала: – Дыши размеренно, воздух в твоих лёгких не позволит тебе утонуть, смотри, я отпускаю, так. Головку поддерживаю, не суетись. Видишь, вода держит тебя сама. В море ещё лучше, в особенности когда волн нет.
Элен присела на камень, наблюдая за ними, Эвиэль стоял чуть поодаль и, кажется, занимался тем же самым, а найдёныш бродил по берегу, рассматривая причудливые глыбы, выросшие из земли. Утро стояло чудесное – легко дышалось, легко текли мысли и легко было на душе. Люсиль делала успехи, она сама уже неловко, но без поддержки плыла, старательно поднимая голову из воды как можно выше.
Сложно было сказать, сколько Элен грелась на солнышке, откинув плащ в сторону. Мальчик приблизился к ней, сел рядом. Она отстегнула плащик и ему, но снимать его совсем не стала, пригладила его волосы и прижала к себе. Так они замерли, кажется, всего на несколько мгновений, и очнулись только тогда, когда служанки проворно повскакивали со своих мест с полотенцами и тёплыми накидками и подбежали к самому краю озерца.
– Я почему-то решила, что вас стоит ждать позднее. Вам, должно быть, было ужасно скучно?
Берилл старательно обмотала тонкую фигурку своей помощницы самым длинным полотном, себе взяв только небольшое полотенце, которым промокала лицо и волосы, к которым уже постепенно возвращалась их упрямая пружинистость.
– Вовсе нет. Я неплохо отдохнула, надо признать.
Элен старалась смотреть торговке в лицо или хотя бы на её проворные руки, но мокрая одежда, такая же, как и у Люсиль, только тёплых и радостных цветов, намокла и прилипла к её телу, образуя почти провокационную картину.
– Тогда я рада. Мы сейчас быстро накинем что-нибудь сухое, вы не против ещё немного подождать?
Элен только головой качнула, снова погладила воспитанника по голове и украдкой, заранее коря себя, взглянула вслед Берилл, на слегка покачивающиеся при ходьбе крутые бёдра. После она перевела взгляд на лицо рыцаря, но выражение лица эльфа не изменилось совершенно, его глаза, полуприкрытые тонкими веками, спокойно смотрели вперёд. Их любезно усадили на тот самый ковёр, подложив подушки, из-за ширмы вышли в простеньких платьях Люсиль с её хозяйкой, заботливо ворошившей полотенцем её мокрые волосы.
Берилл тепло улыбнулась ей.
– Что ж, теперь я вся в вашем распоряжении. Что вас беспокоит?
– Пока ещё ничего. Только если интерес, ведь я, признаюсь, собралась донести до вас то, чего сама пока не знаю.
На это её собеседница только приподняла брови и провела указательным пальцем по сомкнутым губам. Её глаза смотрели живо и внимательно, проницательно даже.
– Я готова разделить с вами любую новость.
– Пожалуйста, Эвиэль.
На миг ей показалось, что надо увести мальчика, но тот так уютно прижался к ней и так выжидающе глядел на эльфа, что она решила оставить его рядом.
Мужчина чуть поклонился, сидя тут же, возле них, с такой прямой спиной, будто проглотил железный прут.
– Тогда позвольте начать. На существе сперва испытывали воздействие оставшихся со времён заклинателей амулетов и артефактов, однако ничего особенного обнаружить не удалось. Создание, как и положено организмам мёртвым, не проявляло признаков угрозы. Позже тело вскрывали и проводили ту же самую процедуру на механизме, что ранее поддерживало его… жизнь. Если можно так сказать. Внутри были плотно закреплены два узких сосуда с неизвестным содержимым, один из них реагировал на источники магии, другой был разбит. Исследователи пришли к выводу, что именно это привело к «кончине» чудовища.
– Другими словами, – вмешалась неожиданно Люсиль, – иные повреждения не могли существенно повлиять на его дееспособность?
– В целом, да. Мы не можем судить, насколько опасны для них такие виды умерщвления, как, скажем, обезглавливание, но едва ли подобное погибнет от сквозного ранения или от обширной раны.
– А что там с кровью? – спросила тихо Берилл.
Элен сильнее прижала к себе ребёнка.
– На вид тёмная, неестественно смердит, в ней обнаружили следы масла. Таким смазывают механизмы или ржавые петли дверей. Что стояло за вашим вопросом?
– Любопытство, – пояснила торговка, чуть переменила позу и снова провела пальцем по губам. – Кроме того, я рада. Для меня ещё является загадкой его строение, но... в целом новости замечательные.