Элен не встревала – боялась помешать внезапному откровению.
– Сколько раз она уходила, чтобы встретиться с ней? А я думала, что решения, касающиеся благополучия столицы, она принимает из почтения к родине. Считала, хотя знала, как она эту родину не любит.
Принцесса плотно сомкнула губы, чтобы ненароком не ляпнуть что-нибудь, не сбить. Она ведь сама была потрясена тем, что её мама... что у мамы есть такой друг, о котором она не говорила ни слова, но к которому убегала в леса. Эта связь была непонятной и оставляла множество вопросов, но смирилась она с этой мыслью быстро, подозревая в себе глубокую симпатию к низкорослой задорной молодой женщине.
– А нет, она делала всё это только из-за привязанности к королеве. А теперь, – почти прошипела Джессика, – она из кожи вон лезет для вас. Что мы, думаете, делали в поездке? Мы могли и за три дня управиться со своими делами, но это же Берилл, ей надо знать всё, чтобы быть готовой ко всему, чтобы потом что-то неожиданное не ударило по вам!
Разъярённая девушка перевела дух, спохватилась.
– Прошу прощения, я не хочу переходить на личности. И против вас ничего не имею. Это так, обида из-за... секретов и недоверия.
– Ничего, – голос оказался сиплым от чего-то. Может быть, это ревность, да?
– А что касается этой... экспедиции, – Джессика обрывала в руках засохшие бутоны, – полезно, я думаю, присутствовать... Самой быть свидетелем всему, что может произойти. И для себя полезно, да и для...
Она замолчала, но Элен услышала больше, чем хотела. А впрочем, что она услышала – немного тоски?
– Вы скучаете?
– Конечно скучаю. Или... нет. Нет. Мне её не хватает, это верно. Мы очень долго не были... далеко друг от друга. А тут ещё всё это.
Элен не знала, как реагировать. Она была рада, что, выговорившись, Джессика немного успокоилась, но лисица замолкла, а ответить что-то надо было. Но явно не то, что ей хотелось.
– Потому что это привычка? Или потому, что так вы теряете контроль?
Джессика окаменела, а Элен продолжила:
– Вы, может, не называете это чувство ревностью, но даже тогда, у паба...
– Послушайте, вы хотите как-то обозвать те отношения, что нас с ней связывают. Но это просто привязанность. Да, её нет здесь. Да, я этим расстроена. Просто... Это тот человек, который... Это мой друг, – она повернулась к Элен полностью, смотрела в глаза прямо и решительно. – Мне никто не был так близок, даже моя... Неважно, но что до ревности... Это не то. Она будет рядом со мной. Не страшно, если даже пару ночей она проведёт с кем угодно другим. Мы не возлюбленные никакие, не супруги. То, что мы делаем... Мы просто делаем это, приятно и полезно, так почему нет? Она не оставит меня, потому что привязана ко мне так же.
Элен молчала. Чувствовала себя по-дурацки. И как так вышло?
– Если мои вопросы неудобны или неприятны, простите, – принцесса решила мягко и безобидно завершить этот разговор. – Это не моё дело, и я никоим образом не хотела задеть.
Её собеседница ломала в пальцах лепесточки, рассыпала их в пыль. А потом вдруг продолжила тему:
– Нет. Мне, наверное, надо высказаться. Если вам любопытно, не страшно. Только это правда трудно объяснить. Кажется, мы сильно задерживаемся. Не пора ли нам снова в путь?
Они вернулись к телегам. Алан мирно спал, рыцари перекусывали вяленым мясом, но рядом не было слуг, что взяла с собой Джессика. Мастера Бивёра тоже. Но наёмники быстро вернулись – они нашли ручей неподалёку и пополнили запасы воды, а гном прошёл дальше, вслушиваясь в лес и гул земли.
– Не уверен, что мы что-нибудь найдём, – негромко сказал Эвиэль подошедшей принцессе.
– Но узнать наверняка мы должны.
«Нет, – между тем думала она. – Здесь что-то должно быть. Не зря же я... Мне же...»
Она не успела докончить. Вернулся гном, немного озадаченный, и сказал, что «земля неспокойна», но чуть дальше, южнее.
– Не могу объяснить лучше, у вас нет такого слова. Просто поверхность не в покое.
– А мы что, на развалины всё равно? – Это Алан проснулся. – А там посмотрим, м?
– Давайте так.
И они продолжили путь. Двигались небыстро, но всё ближе была древняя постройка и всё более возбуждённым становился гном.
– Не так, всё не так. Никогда такого не было.
И его слова убеждали Элен в том, что они поступают правильно. Но в действительности место оказалось пусто и абсолютно безопасно. Гном поглаживал коротенькую аккуратную бородку.
– Выглядит не слишком презентабельно. Что здесь раньше было?
– Сторожевые башни. Пограничная линия проходила здесь ещё во времена расцвета Алтиота. Дальше, перед Светлыми землями, жили тогда предки наших восточных соседей, не в пример агрессивнее, правда. Но дикарей почти всех истребили, а Алтиот обрёл новые земли... ну, насколько мне известно, – рассказал Алан. – Но мне всегда казалось немного... необычным, что территории племён были такими обширными. По нынешним меркам это больше, чем половина Эллериона.