Прекрасной темой для отвлечения стали рассказы мастера Бивёра.
– Гномы живут так же долго, как и эльфы? – чаще всего вопросы задавал Алан.
– Ну... Как получится, на самом деле. Если вас интересует именно естественная продолжительность жизни, то я вам так скажу – год за годом лимит прожитых лет сокращается. Это явление изучали в Карасте, ну, там ещё живут... жили одарённые некоими способностями люди, но куда им до чародеев прошлого, – Бивёр качал головой. – Магия изжила себя как оружие противоречивое и своевольное. А вот мы, кажется, сами свернули со своей колеи, когда начали плотно... очеловечиваться. Этот процесс и привёл, как решили, к сокращению числа долгожителей и увеличению рождаемости. Глубинная мимикрия в чистом виде. Это время людей, люди всюду, а нам надо жить в этом мире, как-то приспосабливаться.
Если подумать, Эвиэль тоже был очень чудным раньше. Очень... эльфообразным. Едва Элен вспомнила об этом, начала гадать, а как же перенёс адаптацию к человеческой жизни её рыцарь? Гнома Эвиэль слушал очень внимательно, но низко опустив голову.
Боясь уснуть в очередной остановке Элен завела разговор о прошлом Джессики. Она не надеялась услышать её вариант истории о прошлом, просто попыталась отвлечься. Может, так же этого хотела и Джессика. Лисица была сильно подавлена, вся мокрая, мёрзнущая под проливными дождями и резким ветром. Молва трубила, что красавицу, дочку барона, околдовали заморские чары. Что до этого в прекрасной жизни девушки была любящая богатая семья, жених под стать и полное роскоши будущее. Конечно, как оно и бывает, народ зазря драл глотки. Девушка лисьего Дома Алтиота была средней сестрой, которую внезапно избрали первой в "брачной" очереди. Наследник иного Высокого Дома, союз с которым был так выгоден отцу красавицы, решил, что именно средняя дочь, красивейшая из трёх, годится ему в жёны и в матери будущему наследнику. История до глубины души тронула Элен. Оказалось, юную тогда лисичку насильно подложили будущему мужу. Как гарант. В знак того, что свадьба состоится. И куда могла дется бедна девушка? Сбежать из дома, но остаться без родовой поддержки и без монетки в кармане? Возможно, она бы сломалась тогда. Но ярким всполохом возможного спасения тогда в её жизни появилась Берилл.
– Я решила, что не вернусь в родовое гнездо. Берилл была в Алтиоте проездом, улаживала какие-то дела своего умершего отца, уплачивала какие-то долги. И я уплыла с ней на запад. А потом вот вдруг оказалась полезна, помогала ей немного сперва, исследовала мир. И вот я оказалась на своём месте, по прошествии... Ох, Прародительница... Лет семь почти прошло. А кажется...
Она замолчала. Но продолжала непроизвольно стучать зубами. Они сидели вплотную друг к другу, Элен с одной стороны от Джессики и с другой – Алан, которого подпустили чисто из соображений теплолюбивых, но тот от гнева и дрожать перестал.
– Я вам сочувствую. Подумать только, от своих же родителей... – он сжимал и разжимал кулаки, погружённый в переживания. – Ясное дело, после такого как не предпочитать женщин.
И пристыжено умолк. Вырвалось ненароком. Джессика тут же уняла дрожь, сощурила потемневшие янтарные глаза.
– А вот выводов делать не надо.
– Простите.
– Прощу, ясное дело. Что мне остаётся сейчас, с вами всё же теплее. Но учтите на будущее: не всякий будет в разговоре с вами затрагивать подобные темы. Не лезу же я к вам с вопросами о первых увлечениях и чувственных экспериментах.
Элен вдруг обдало жаром. Некстати вспомнились давние полузабытые времена детства, когда ещё мама была жива, а сама Элен и думать не думала об оружии и доспехах. Были игры. Элен хмыкнула, поправила влажную накидку, чтобы скрыть даже от самой себя, хотя бы попытаться, своё смущение. Ах, дела былых светлых деньков.
Они с Аланом тогда были очень недовольны. Так всегда бывает с детьми, которые полагают, что уж они-то достаточно разумны, чтобы понимать многие "взрослые" темы, и их очень оскорбляло то, как снисходительно на них смотрели или, того хуже, просто-напросто отмахивались.