Сердце Элен ожило, дрогнуло, поднялось высоко и замерло. Принцесса без церемоний влетела в кабинет. Джессика сидела в кресле Берилл в каком-то абсолютно домашнем платье и абсолютно бездумно таращилась на бутыль с янтарным крепким содержимым. Она даже не заметила появление девушки.
– Что это? Что здесь происходит?... Да вы хоть слышите меня?!
Лисица протянула ей конверт. Пустота в её глазах выбила из лёгких Элен весь воздух. Конверт принцесса приняла осторожно, как отравленную иглу.
"Мне жаль. Не могу написать развёрнуто о том, что произошло, иначе вы рискуете вовсе не получить этого письма. Надеюсь, оно окажется у вас быстро, я попросил об услуге у знакомого, что располагает самым быстрым судном и что плывёт прямиком в столицу. Все порты герцогств собираются закрыть, это наша весточка – последняя на неопределённый срок.
Корабль потерпел крушение. Почти все живы. Берилл ещё не нашли. Ещё есть надежда, но она покидала корабль значительно позже нас. Если вообще покинула.
Корнил."
XIII. Морская соль и прекрасная Смерть
До берега оставалось не более двадцати метров, обломки, бывшие раньше частью лодки, несло вдоль скалистых выступов к галечному берегу. Это можно было бы считать чудом. Берилл крепче вцепилась в деревянные обломки: она могла назвать себя хорошим пловцом, но противостоять штурмовым волнам в мокром тяжёлом платье было в крайней степени изнурительно. Тело терзали боль и усталость, а бледное подобие плота в любой момент могло перевернуться или, того хуже, разлететься в щепки. Пару раз её накрывало с головой, дышать было больно – горло драло так, будто она наглоталась стеклянных осколков; рот, нос и глаза заливала солёная влага. Вполне возможно, она бы уже давно пошла ко дну, не попадись ей этот обломок. Берилл пыталась не думать о том, что, возможно, в этом кошмаре уцелела лишь она. Как там другие, на лодках? Все ли целы?
Спасительный обломок никак не желал выкатываться на сушу. Когда волна подбрасывала деревяшку к берегу, новая, копя силы, утягивала незамысловатый плот и его ношу назад. Уже в который раз. Берилл едва совладала с тошнотой. Как глубоко сейчас дно? Девушка боялась отпустить деревяшку, у неё не хватит сил доплыть, её снова накроет и утянет обратно в море… Ну так что же?! Она и так не продержится долго, её руки уже соскальзывают с доски! Берилл, злясь на саму себя, полностью погрузилась в воду и вновь принялась грести. Колено неожиданно быстро царапнуло каменное дно, девушка вынырнула и не смогла сдержать стон облегчения.
– Ох, Прародители и все их дети, – ликование было недолгим, по-прежнему необходимо выбраться из воды: нервная дрожь сменилась ознобом. По-звериному, на четвереньках, торговка вырывалась из плена моря, наступая на волочащиеся юбки. Вода вымывала гальку под руками, и некоторые крупные камни больно били по пальцам.
"До крови", – заметила она равнодушно и тяжело завалилась на бок, теперь волны едва доставали до её ног. Из гальки не вышло бы перины, но ей так хотелось уснуть и не думать, что же делать дальше. Слабой рукой Берилл ощупала своё тело: нет ли повреждений? Мысли путались. Но как далеко ей придётся идти до ближайшего поселения, да и в какую сторону? Она огляделась. За высокой травой и мучимыми ветром кустарниками простирался лес. Ни тропинки, ни единой струйки дыма за высокими деревьями. Но, во всяком случае, она сможет отдохнуть в чаще, могучая листва защитит её от ветра, главное, чтобы хватило сил дойти… Из воспалённых глаз вдруг засочились слёзы солонее, чем морская вода. Она всё же это сделала, это не страшный сон... Она сожгла свой дом. Оставила его гореть в море, а вместе с ним и напавших тварей. Нет теперь Безымянного, нет её замечательного корабля. И вот она здесь, на пустом берегу. Совсем одна.
"Собака!" – Берилл, едва услышав лай поблизости, приподнялась. Тревога и надежда охватили всё её существо, когда она увидела мчащегося прямо к ней здорового пса.
Зверь продолжал громко лаять, пока не приблизился вплотную к жертве кораблекрушения. Поначалу казалось, он в один миг перекусит её шею, но здоровяк лишь дружелюбно тыкнулся носом в мокрую солёную щёку. Взмывая ввысь к верхушкам могучих крон, прокатился по лесу зов рога. Пёс настороженно принюхивался, но остался стоять рядом, словно сторожа свою находку.
У кромки леса показался всадник. Кажущаяся маленькой вдали фигурка осадила лошадь и выхватила небольшой рожок. Недавний пронзительный звук теперь прокатился по берегу, пёс радостно взвизгнул, усиленно виляя хвостом. Всё напряжение, охватившее Берилл, в один миг оставило её тело: её спасут! Такие всадники, если её предположения верны – целая группа всадников – занимались поисками выживших. В эту ночь встретил свой конец не только её корабль. Торговка обладала достаточно крепкой памятью, чтобы с уверенностью сказать – обломок шлюпки, выручивший её, никогда не являлся хоть маломальской частью её корабля, все её лодки были изготовлены из красных пород дерева: удовольствие дорогое и редкое, но ничуть не уступающее в качестве. Быть может, тот, первый сигнал говорил о спасённых жизнях её команды или, по крайней мере, о спасении других моряков.