Корнила окликнули, он вышел, закрыв дверь.
– Люсиль, – засипела торговка, – как вы...
Она закашлялась.
– Молчите, только молчите!.. Я расскажу всё, всё, что только происходило, но лежите, не поднимайтесь!
Облегчение стало лучшим снотворным из всех возможных. Берилл не дождалась рассказа, не услышала, чем закончились разборки на нижнем этаже. Вокруг неё трепетали светлячки растроганных сердец. Сон был длительным и исцеляющим.
Специалистом герцогини оказалась девушка в синем закрытом платье. Она вошла в комнату с видом мученицы, чуть ли не закатывая к потолку глаза цвета летнего неба, очень чистые в своей глубине и окружённые очень светлыми ресничками. Берилл лежала под одеялами, наблюдая за пришелицей сквозь тонкую щёлку полусомкнутых век – глаза стали слишком восприимчивы к свету. Под одеяла просунула свою тёплую руку Люсиль и сжимала ладонь торговки цепкими пальчиками. Девочка крепко спала. Келла и Этлис тоже спали, привалились друг к дружке на скамейке.
Они не проснулись от скрипа половиц и лёгкого хлопка двери. Но едва дыхание торговки чуть изменилось, проступили хрипы, вот уже стало ясно, что надвигается приступ кашля, Люсиль дёрнулась во сне и открыла глаза.
– Кто вы? С чем пришли? – спросила она довольно грубо.
– Я приехала, чтобы помочь больной, – пролепетала пришелица, снимая капюшон накидки, сливающейся с её одеянием, золотистые волосы в тугом хвосте у самого затылка легли на узенькое плечо. – Я дочь мастера Каймильда, Ланна.
И она поклонилась.
Берилл закашлялась. Люсиль резво вскочила, приподняла с подушек вздрагивающее тело и начала сильно растирать ладонью спину. Стучать она боялась. Противная слизь рвалась из горла, и помощница тут же поднесла платок к губам хозяйки. Девочки на скамейке всполошённо зашевелились.
– Принесите что-нибудь тёплое. Можно молока, но не горячего. В него добавить масло, оно должно хорошо раствориться, – Ланна присела на кровать, её проворные пальцы начали ощупывать шею новоиспечённой пациентки, нащупывая узлы, пока девушки кинулись исполнять поручение.
Берилл отходила от кратковременного удушья, смаргивая с ресниц слёзы. Над ней склонилось сосредоточенное округлое лицо с по-детски нежным румянцем на щеках. Светлые, почти незаметные брови, сдвинулись к переносице с таким изломом, что лицо врача казалось не суровым совсем, а жалобным. Маленький узкий рот напрягся, плотнее сжались розовые губы.
– Какие лекарства вы давали ей?
– Вот список, – Люсиль сунула в руки Ланне лист, поправила одеяло, приткнув края к самому лицу Берилл. – Вот что рекомендовали при первом осмотре.
Они зашуршали листками. Берилл понятия не имела, что именно написал тогда приезжий доктор. И знать не желала. Было бы средство такое, чтобы всё могло разом прекратиться! Чтоб обернулось в ничто, чтоб ушли боль и немощь. Но они казались такими всеобъемлющими, что, пожалуй, с ними исчезла бы и она сама.
Тени сгущались, копились в углах комнаты, ползли вверх, на балочный потолок, скапливались в одну большую Тень. Яд капал с её обломанных клыков, и они попадали на одеяло, прожигали ткань насквозь.
"Мне чудится. Если бы это было взаправду, было ли бы мне настолько безразлично?"
Темнело. Тень навалилась на неё всей своей тушей. На миг всё померкло, а потом Берилл услышала стрёкот кузнечиков. Солнце ещё не скрылось за зелёными кронами, а месяц тонким серпом еле светился, казалось, так близко.
– Это уже чересчур, – услышала она печальный голос.
Берилл сидела на камне, спиной к этому голосу. Обернулась. Ах, это же Белегриэль!
– Опомнись, – говорила эльфийка. – Ты человек. Ты слаба и хрупка, тебя так легко уничтожить, растереть в мелкую крошку. Мне будет горестно, если ты умрёшь.
– Я умру в любом случае, так ли важно когда? Куда важнее – как.
Ах, этот разговор из прошлоого, она его совсем забыла... Или не совсем? Что она тогда ответила?
– Ты не слушаешь, – королева сомкнула руки в странном жесте мольбы, в её глазах стояли слезы. – Ты человек.
– Вот ты не слышишь точно! – вскипела она, вскочив на ноги. – Человек! Как все здесь, как твои слуги, как твой муж и как все твои дети!..
– Не все...
– И пусть! Что ты хочешь, чтобы я сделала? Сидела на месте сложа ручки?