– Вот уж напасть, – ворчал Алан, пробираясь всё глубже в лесок, отдаляясь от них. Сами Прародители уберегли их, не вложив в голову мечника мысль взглянуть вниз.
Только когда он скрылся из виду, Элен и Эвиэль выбрались из своего убежища. Розовые, словно свиньи, грязные и исцарапанные, в рваной одежде. Элен не смотрела в сторону эльфа, отряхиваясь, девушка высматривала, не возвращается ли Алан. Морока как и не было, но стыд заставлял дрожать руки и чуть ли не плакать. Что это было? Это так грязно, так… будто они животные, которыми двигал дикий инстинкт. Нет, хорошо, что Алан, сам того не ведая, вмешался и предотвратил катастрофу.
– Простите меня. Простите, миледи.
Она не хотела смотреть на него, просто не могла даже взглянуть.
– Это моя вина. Мне нужно было раньше понять, к чему может привести ваше пробуждение, – он говорил очень тихо и хрипло.
– Что за пробуждение? Э-Эвиэль, что это было, ты что-то знаешь? Я была сама не своя. Да и ты… тоже.
– Юные эльфы часто сталкиваются с такими вспышками. Это ваше взросление, только и всего. Вы входите в силу.
На душе стало немного полегче. Значит, это естественно? Это не её вина, это всё из-за её крови. Да, она ничего странного и страшного не сделала… и сейчас всё хорошо, всё уже прошло.
– А ты? Ты тоже сталкивался с… таким? – она нашла в себе силы, чтобы взглянуть на него. Эльф застегнул куртку, прикрыв голое тело.
– Да. Но я тогда был окружен старшими и мудрыми, и смог это пережить без… потрясений. Простите, я должен был контролировать этот процесс, но медальон, он передал мне ваши чувства и ощущения, и я… Мне стыдно, что я поддался. Обещаю, я никогда не позволю этому повториться, я никогда не… никогда не причиню вам зла. Я буду внимательнее, клянусь духом Estre', я сниму медальон, если вы снова почувствуете это.
– Хорошо… Да, хорошо. Это не моя вина и не твоя. Это всего лишь случайность, давай забудем об этом, как забывает пробуждённый сон, – она протёрла ладонями лицо, чувствуя ещё жар. – Нам надо быстрее вернуться и заняться своим внешним видом, а затем встретиться с Аланом… надеюсь, он вернётся в замок позже.
– Слушаюсь, миледи.
XVI. Наследие прошлого и планы настоящего
***
– Холодает, – заметил Кай.
Юноша давно не был дома, с тех самых пор как вступил в ряды Стражей. Он поправил куртку с красными нашивками и постарался сделать походку естественней, чтобы Нора не подумала, что он бахвалится. Как она тут, его Нора? Кай сперва хотел зайти к матери, но она уже приезжала к нему несколько месяцев назад, а Нору он не видел уже год. Некоторые Кая узнавали, некоторые – нет, что очень ему нравилось, хотя он и не подавал вида. Он уже подходил к корпусу прислуги, предвкушая момент встречи. Мать Норы стряпала для госпожи герцогини вкусности, готовила соленья на зиму, варила варенье и джем. Кай как раз видел, как собирали поздние сладкие яблоки. Наверняка сейчас на кухне много дел.
Он подбежал к крыльцу кухни, надеясь, что Нора сейчас помогает с готовкой. Ему оставалось всего несколько шагов до цели, он замедлился, снова поправил куртку, откинул со лба волосы. И тут дверь отворилась, юноша попятился, переживая приступ онемения, вызванного, конечно, вовсе не неожиданностью, а удивлением! Вышедшую навстречу девушку он видел впервые. Раскрасневшуюся, в просторном платье с закатанными рукавами и убранными кудрявыми волосами, наспех перевязанными шнуром или даже вовсе обрезком грубой верёвки. Хоть Кай и стоял совсем рядом, но не мог определить её возраст. То ли лет пятнадцать, то ли все тридцать. И как к ней обратиться?.. Незнакомка вынесла на порог ведро с фруктовыми обрезками, разогнулась и с любопытством посмотрела на него.
"Всё-таки пятнадцать. Явно не старше меня", – подумал он и спросил:
– Здравствуй, ты с кухни? Нора здесь?
– День добрый. Нет, она совсем недавно вышла.
– Как жаль, – он действительно очень расстроился, ему хотелось войти внутрь и показать милой Норе, что теперь он стал воином. Но, может, это к лучшему. Она придёт и непременно удивится ему! И обрадуется. Непременно обрадуется! Возможно, он даже попросит у её матери согласия жениться на ней.
Юноша повеселел. Незнакомка с улыбкой наблюдала за ним.
– Как резать-то? Помельче? – крикнула мать Норы.
Незнакомка юркнула обратно в помещение.
– Здравствуйте, Мириам. Это я, Кай, – юноша вошёл следом.
Он выпрямился, приосанился, чтобы произвести как можно более лучшее впечатление.
– Ох, точно! Кай, заходи, дай поглядеть на тебя. Да, смотри-ка, как вытянулся, – она отложила нож, осмотрела его всего и обратилась к девушке: – Вот, доброволец. Нас от нечисти всякой защищает. А мы и не знали раньше, куда он уехал. Тайна какая!