Прислужник вел мужчину по коридорам дворца магии, не подозревая кто это. Да и пареньку было все равно.
Падишах разглядывал стены. И там было на то посмотреть.
Складывалось ощущение, что каждый из магов приложил руку к строительству дворца.
Коридор ведущий из темницы был просто белым. Однако дальше понесся настоящий калейдоскоп. Лестница во внутренние помещения градиентом меняла цвет с белого на травянисто зеленый, который дальше сильно темнел. Ступени перестали быть ровными, напоминали какую-то губку: пористые, неровные. Через тонкие сандали чувствовалась их шершавость.
Они вышли в следующий коридор с дверями, где трудились и учились волшебники. Тут тоже кто-то приложил свою буйную фантазию.
Голубоватое свечение было отовсюду. Казалось, ровные линии и геометрические фигуры должны придать некий ровный вид помещению. На деле, у падишаха закружилась голова, когда он попытался рассмотреть нагромождение линий, фигур. Они сплетались между собой создавая оптические иллюзии.
— Подскажи, а что это за помещение? — не удержался от вопроса падишах.
— Здесь учатся обнаруживать и контролировать внутреннюю энергию, — ответил юноша.
— Да тут один коридор целое испытание, — пробормотал мужчина.
— Позвольте заметить, волшебники должны уметь увидеть ее внутри себя. Их не должны смущать иллюзии, что подсовывает сознание. Этот коридор символизирует как мы должны в массе иллюзий увидеть истину.
Падишах ошарашено уставился на провожатого. У парнишки горели глаза, полные восторга.
— Так ты же не маг, верно? Как тебя зовут кстати?
— Азирис, — наклонил голову служка, — я не маг, но говорят у меня есть возможность им стать, — он улыбнулся.
— Вот как… — падишах в задумчивости попытался погладить бороду и чуть не стянул ткань прикрывающую лицо.
— А вы, уважаемый? — с почти детским любопытством спросил Азирис.
— Всего лишь старый знакомый Знающего, идем дальше.
Они миновали еще несколько странных мест. Огромный зал, весь покрытый инеем и льдом. Когда падишах с Азирисом переступили некую невидимую черту, оба невольно поежились, было очень холодно.
— А такой-то зал зачем нужен?
— Все как всегда, — махнул рукой юноша, — для обучения, для опытов.
После небольшой экскурсии падишах зашел в кабинет Знающего, Азирис с поклоном удалился.
Хелем жестом указал на диванчик, сам уселся за стол. Когда падишах устроился, маг задал вопрос:
— Она справится?
— Думаю, да, — важно кивнул правитель и продолжил, — наша главная проблема сейчас не в этом. Я знаю ты верен мне, поэтому, тебе я доверю некую тайну, — мужчина замолчал, пытливо заглядывая в лицо магу.
— Я слушаю вас.
— Хелем, то что я расскажу, никто не должен знать. Вообще никто, — падишах так четко проговаривал слова, словно пытаясь заставить Знающего на всю жизнь запомнить их. Впрочем, то что он собирался сказать, такой эффект и будет иметь.
— Имей в виду, об этом никто не знает. Если где-то, что-то всплывет — я сразу узнаю, и поверь…
— Господин, вам не нужно во мне сомневаться, я верен вам! — горячо начал Хелем, но правитель остановил его жестом руки.
— Хочу лишь донести до тебя, что у меня есть способы сохранить тайну, — падишах сказал взглядом больше, чем словами. Хелем ощущал, как его нутро колышется волнами страха от прямого и тяжелого взгляда.
После разговора Падишах ушел, а Знающий молча сидел в кабинете. Прошло два оборота больших песочных часов, прежде чем он встал механически прошелся по кабинету, снова сел.
— Пески пустыни… Нет… Не может быть! — он потер виски и спрятал лицо в ладонях.
***
Зотти перенёс Элли прямо в спальню.
— Странно все это, — задумчиво начал Зотти.
— Что именно? — лениво отозвалась Элли, — ты о пропаже Сеф-Римии?
— Да нет, — сморщил мордашку питомец, — с ней могло случиться множество вещей и ни одна бы не оказалась странной.
— Ну не знаю, мало ли что произошло на самом деле…
— Неважно. Ты обратила внимание, как отец смотрел на тебя, перед тем как попросить прийти?
Девушка молчала, вспоминая.
— Да, как-то с интересом, что ли.
— Я об этом и говорю. Готов поспорить, он что-то задумал.
— Что? — удивилась Элли.
— Вот чего не знаю, того не знаю, но мне это не нравится.
— И чем же? Может, он обдумывал очередные интриги.
Зотти молчал. Он чувствовал что-то неясное. Как предчувствие, слабое и размытое.
— Ты предлагаешь не идти к нему? — уточнила Элли.
— Нет, мы пойдём. Просто давай будем наготове.
— Хорошо, — серьёзно отозвалась волшебница.
Зотти посеял тревожные предчувствия своими словами. Девушка уже не наслаждалась приёмом ванны, подбором одежды, взамен простой туники, положенной в камере. Она механически поела, размышляя, задумал ли отец что-то насчёт неё. Если он так легко сдал её магам, только за примените дурацкой иллюзии на простом человеке, во имя репутации магов и баланса в обществе, то от него можно ожидать чего угодно.
Месяц проведённый в камере прошёл в тяжёлых размышлениях. Отчасти, она понимала, почему отец так поступил. Он просил её не привлекать к себе лишнего внимания. Делать вид, что занимается опытами и исследует жизнь в городе. Основной задачей было ненавязчиво приглядывать за парой Родовых семей, выяснить их лояльность падишаху. У него были сведения, что кто-то хочет сильно повлиять на власть в стране. Как именно, неизвестно. Так же, нужно держаться поближе к магам и внимательно слушать о настроениях во дворце магии.
Если волшебники надумают бунтовать, мало никому не покажется, но причин на это у них пока нет.
Сборы были окончены. Зотти переместили волшебницу в обитель падишаха и Элли уселась на красную подушку, скрестив ноги. Отец долго не появлялся. Когда он наконец вошёл, Элли лежала на подушках и дремала. Зотти, как ни странно не спал, сидя у нее на животе и внимательно посмотрел на вошедшего.
Глава 12
Падишах нёс в руках небольшую шкатулку. Она, казалось, была сделана из тёмного, почти чёрного стекла. Узор был выпуклым, сделанным из такого же материала, напоминал языки пламени.
Зотти отметил, что эта шкатулка явно непростая. Мужчина казался абсолютно спокойным внешне, но питомец уловил его встревоженность. Это укрепило его подозрения в том, что дело нечисто. Зотти прикрыл глаза, и подпрыгнул на животе девушки.
— Ай! — возмущению Элли не было пределов, — ты что творишь?
— Просыпайся, — невозмутимо ответил Зотти и уменьшившись в размерах забрался ей на плечо.
Мужчина, тем временем, так же держа шкатулку, неловко устроился на подушках. Он не выпускал её из рук, когда начал говорить:
— Надеюсь, ты не держишь на меня зла, твоё заключение было необходимостью.
Элли ничего не ответила.
— Я рассчитываю, что в будущем ты не допустишь таких оплошностей. Не нужно вмешиваться в чьи-то дела и проблемы. Людей, которые знают, что ты моя дочь, единицы. Пусть так и будет. Я не должен выказывать к тебе привязанности, чтобы не подставить тебя же под удар.
Откуда-то из кармана Элли, куда успел спрятаться её питомец, послышалось злобное ворчание. Падишах проигнорировал это. Поглаживая шкатулку, он продолжил:
— Сейчас, ты будешь занята поисками Сеф-Римии. Для всех это приказ Знающего. И в рамках поисков, тебе нужно будет посетить дома некоторых Родовых семей. Постарайся оценить обстановку. Разговори их. Я хочу знать, насколько они благонадежны. Можешь открыто ругать власть, история с твоим заключением обнародована и сыграет нам на руку.
Элли не сразу осознала смысл сказанных слов, но когда поняла, резко спросила:
— Ты специально меня посадил?!
Мужчина молчал, теребя в руках шкатулку.
— Говори, отец, специально или нет, — ледяным тоном спросила волшебница.